Тихое ржание лошади, звяканье упряжи. Бет вздрогнула. Она не ошиблась – действительно карета! Стараясь казаться спокойной, она ответила на поклон Беннингтона.

– Благодарю, милорд. Не взять ли вам Шарлотту на конную прогулку? Свежий воздух оживит ее.

Он просиял:

– Прекрасная мысль! Спасибо, леди Элизабет. Приятного дня.

Он снова поклонился – менее натянуто, чем обычно, и направился к дому. Бет смотрела ему вслед, раздумывая: кто бы мог приехать в той карете?

– Вы скучали обо мне? – раздался густой низкий голос прямо у нее за спиной.

Бет вздрогнула и прижала руку к тяжело бьющемуся сердцу. Рядом стоял Кристиан, насмешливо улыбаясь.

– Ради всего святого, Уэстервилл! Обязательно нужно испугать меня до полусмерти?

– Разве вы не слышали, что подъехала карета?

– Слышала, только что. До моей скамьи далеко. Вы не могли добраться сюда за такое короткое время.

– Не мог. Просто я попросил кучера высадить меня у боковой калитки.

– Ах так. – Бет нервно сцепила руки. Только сейчас она поняла, как сильно хотела его увидеть. – Я уже начинала беспокоиться: неужели мне суждено оказаться в роли покинутой жены, еще до того как меня поведут к алтарю?

Глаза Кристиана весело блеснули.

– Я, может быть, способен на многое, но бросать жену не стал бы.

Бет стало неловко. Словно у нее вдруг выросли лишние руки. Взгляд упал на поднос с чаем.

– Не хотите ли чаю? Я могу попросить, чтобы принесли еще одну чашку.

– Нет, благодарю. Не стоит обременять прислугу.

– Ну а я выпью.

Она снова наполнила чашку и принялась размешивать сливки п сахар, поглядывая на виконта.

– Чудесная у нас вышла помолвка. Он сверкнул белоснежной улыбкой.

– Мы отличная пара.

– Хотелось бы знать, это что, часть вашего плана? В качестве вашей невесты я просто обязана пригласить вас в Мессингейл-Хаус.

Она спросила и пожалела об этом, но было уже поздно. Его улыбка растаяла.

– У меня не было намерения компрометировать вас. Просто так вышло. Кроме того, вы ведь уже согласились помочь. – Он пожал плечами. – Зачем же еще стараться?

Чашка застыла возле самых губ Бет. Он прав, она к тому времени действительно была готова помочь. У Бет потеплело на душе, и она впервые за целый день улыбнулась. Уголки губ виконта невольно поползли вверх.

– Об этом вы не подумали.

– Нет. Почему-то я решила, что вы соблазнили меня намеренно.

– Именно так. Но совсем по другой причине. Бет, вы очень привлекательная женщина. Разумеется, мне не следовало давать воли чувствам, но кто из мужчин меня осудит?

Бет не знала, что и сказать. Она заставила себя сделать новый глоток, а потом ответила:

– Что ж, вот мы и оказались в ловушке. Дедушка категорически настроен поженить нас.

– Так ему и следует поступить, – отозвался Уэстервилл. Он стоял, прислонившись спиной к стволу дерева, скрестив руки на груди. – Ведь ваша репутация погибла.

Бет пожала плечами и сделала новый глоток. Горячий напиток успокаивал нервы.

– Я не чувствую себя обесчещенной. Он нахмурился:

– Вы и представления не имеете, что значит быть отверженным. Для вас, вашей души…

Она пожала плечами:

– Это значит – люди будут болтать.

– Не только. Еще и смеяться. Начнут забывать приглашать вас на вечеринки. А потом вообще забудут о вашем существовании.

Она поставила чашку на блюдце. Донышко едва слышно звякнуло.

– Как вашу мать.