Было здесь и оружие «мусорщиков» – «смерть-лампы» винтовочного и пистолетного образца и даже невиданное мною ранее приспособление. Что-то типа гранатомета из той же серии с барабанным магазином, снаряженным вытянутыми «пустышками», заполненными уже знакомыми мне ярко-синими энергетическими зарядами.

А также вообще невообразимые штуковины присутствовали, точно не для стрельбы руками. Может, гигантскому осьминогу они бы подошли, уж больно причудливые, ни на что не похожие формы были у этих штуковин.

– Чего только из разных миров не натащат на починку или реализацию, – сказал Медведь, проследив мой взгляд.

– А вы тут типа всемирных дилеров оружия и снаряжения? – поинтересовался я.

– Называй как хочешь, – хмыкнул Шаман. – Во всех вселенных Розы Миров все продается и покупается, и междумирье – не исключение. Причем торговцы преимущественно люди бессовестные. Поэтому мы не дилеры, как ты выразился, а мастера.

– И в чем отличие? – спросил Иван.

– В том, что мы не перепродаем чужое, а торгуем своей продукцией или же той, что сами отремонтировали, – отозвался Шаман. – То есть свои руки приложили, а не просто купили подешевле и продали подороже. А еще в совести, которая у нас присутствует. Можно было вас послать в Четвертый мир с тем, что у вас есть, и без провожатого. Вернетесь – хорошо, нет – и хрен с вами. Только шансы у вас на возврат были бы один к тысяче. А мы вам те шансы немного увеличим.

С этими словами Шаман снял со стены один из автоматов совершенно фантастического вида, которых там висело несколько штук. Короткий, словно обрез винтовки без ложа, ствол диаметром примерно как у охотничьего ружья двенадцатого калибра, магазина нет, спускового крючка нет, приклад напоминает то ли раскрытые торцевые кусачки, то ли лапу какого-то зверя, приготовившегося к атаке. И слегка шевелится, м-да…

– При контакте с плечом оно в него врастет, – просто сказал Медведь. – Временно. Прицел будет управляться вашими глазами – куда смотрите, туда и выстрелит по мысленной команде.

И, предупреждая вопрос, пояснил:

– Обычное оружие у вас сразу попытаются отнять. И, скорее всего, отнимут. Да оно и бесполезно в Четвертом, там по-другому все, сами увидите. А тут будет шанс отбиться.

– Ну, а что с патронами? – спросил я.

– Перезарядка автоматическая, – сказал Медведь. – Пока в вас заряды не закончатся.

– Ты хотел сказать «у нас»? – уточнил Иван.

– Нет.

Мы с Иваном переглянулись.

– В смысле «нет»?

Вместо ответа Шаман достал из какой-то бочки гладкого червя, похожего на длинную сосиску, состоящую из полупрозрачных сегментов, по консистенции напоминающих мягкий лед.

– Это придется проглотить, – сказал кузнец. – С квасом нормально проскочит. В одном черве двадцать зарядов, но лучше заглотить двух. Будет сорок. Сорока должно хватить.

Пока он говорил, червь неторопливо обвился вокруг его руки. Шаман поморщился, стащил его с предплечья как перчатку.

– Холодный, зараза. И скользкий. Тьфу. Тот случай, когда пакость хоть и пакость каких поискать, но, блин, полезная.

– А… без этого никак? – скривился Иван, и я его прекрасно понимаю: у меня тоже желудок заранее скрючился, как только я представил, что запихиваю в себя эдакую тварь.