Барахолка ринулась следом. Прыгун очутился рядом с ними – то ли перепрыгнул, то ли перелетел.

– Умно придумано! – одобрительно протрещал он. – Брось еще одну вон туда, а я опущу вас на землю без шума и пыли.

– Сейчас, – согласился Дор и погрозил девушке: не вздумай завопить. А она уже открыла рот.

– Ущипну, – предупредил он.

И девушка покорилась. Даже сама протянула ему жемчужину. И это избавило его от неловкости – лезть в нагрудный карман ее передника.

– Поведай свою тайную печаль, – обратился он к очередной жемчужине.

– Я искренне презираю некультурных людей, столь дурно обращающихся с культурными особами! – гневно зазвенела жемчужина.

Барахолка устремилась за новой добычей.

– Ко‑мок! – раздался издалека победный карк. Барахолка умела обращаться с культурными особами.

Мало‑помалу все жемчужины перебрались к ней. Оказавшись на земле, путешественники могли сказать: отныне мы в бедности, но в безопасности. От птицы они избавились. Дор запасся несколькими веточками – на случай, если страдающая вещизмом птица приблизится вновь, – и путники заторопились прочь от опасного места.

– Видишь! – крикнуло колечко, о котором Дор позабыл. – Я исполнила твое желание! Ты на земле и в безопасности!

– Без тебя ни шагу, – согласился Дор, хотя в душе сильно сомневался в этом.

Раз птица унесла их в правильном направлении, сейчас они находились, по мнению Дора, неподалеку от замка Ругна. Но приближалась ночь, и продолжать путь становилось небезопасно. Поужинали чечевицей с чечевичного дерева, запили джон‑чаем с медовой травой. Прыгун попробовал медовой травы и заявил, что предпочитает блошиную. Девушка в конце концов перестала бояться паука и даже позволила привязать себя на ночь.

– Раньше я только жуков и волшебных животных, которые на земле, боялась, а теперь и птиц на деревьях буду опасаться, – простодушно призналась она.

Удобно устроившись на шелковых нитях, путешественники могли не бояться никаких опасностей – ни с земли, ни с неба.

«Пауки все‑таки большие умницы», – решил Дор.

Паук быстро уснул, утомленный бурными событиями дня. А Дор и девушка завели разговор. Говорили они тихо, чтобы не привлечь какого‑нибудь хищника.

– Откуда ты? – спросила девушка. – И куда идешь?

Дор ответил кратко, избегая подробностей о возрасте и родных местах. Явился, мол, из чужой земли. Чужой и далекой, но очень похожей на эту. А путь держит к повелителю зомби, у которого хочет взять лекарство, чтобы помочь одному другу. Прыгун пришел с ним вместе. Прыгун – его верный друг. Без Прыгуна они остались бы навечно в гнезде барахолки.

Девушка рассказала столь же незамысловатую историю:

– Родом я из Западного форта, что на берегу моря, где растут тыквы с глазками. Мне семнадцать лет. Иду в новый королевский замок, чтобы найти там свое счастье. Когда я переходила через горы – долиной идти нельзя, поскольку там обитают тигровые лилии, большие охотницы до сладкого, а я ведь сладкая, – птица‑барахолка заметила меня. Увидела я ее да как закричу, как ногами затопаю – словом, все как барышням полагается, – но прилетела птица... ну что слова тратить, ты все знаешь.

– Мы тоже идем в замок, – сказал Дор. – Если хочешь, поможем тебе добраться.

Значит, и девушка идет в замок. Все в этой стране идут в замок. Не странно ли? Нет, не странно. Замок Ругна – светский и магический центр Ксанфа. Поэтому он притягивает всех и каждого.

Незнакомка по‑девчоночьи захлопала в ладоши и покачалась на нитке, очень соблазнительно – до чего же она соблазнительна!

– И ты в замок? Вот здорово!

Он и сам обрадовался.