Она пиналась и кричала хриплым голосом, а ее бесцеремонно утаскивали прочь.

– Умница, – сказал Лиам и обнял меня. – Умница.

Я не смогла сдержать слезы и знала, что плачу за всех нас, за этот город и его жителей, тех, кто был вынужден уехать, тех, у кого не хватило духу остаться.

Я слышала, как Сдерживающие двигаются вокруг нас, а Благие что то кричат, пока их переправляют на Остров Дьявола. И я все ждала, пока мир снова затихнет. Пока мы не останемся одни.

Он откинулся назад и вытер слезы с моих щек.

– Ты в порядке?

– Нет, – ответила я. – Но буду. – Резко накатила жуткая усталость. – Мы можем пойти поспать неделю?

– Да. А потом решим, что делать дальше. И где мы хотим это делать.

Я улыбнулась Лиаму, затем схватила его за лицо и крепко и горячо поцеловала.

– Пока мы вместе, – произнесла я, прислонившись лбом к его лбу, и мои руки все еще были на его щеках, – где угодно.

У меня было время только еще раз улыбнуться, прежде чем земля задрожала под нами, и рев эхом разнесся по улицам Квартала.

Лиам выругался на каджунском французском, и мы побежали на звук.

И обнаружили, что армия Консульства мчится вниз по Роял с тремя ангелами во главе.

Глава 22

Камаэль во главе армии, Уриэль и Иа позади него. А за ними – сила, даже бо льшая, чем мы видели в Запределье. Десятки Пара Консульства в золотых доспехах, блестящих на солнце, что пробилось сквозь облака.

Вокруг нас снова поднялся ветер. У нас было больше часа покоя, и край ока урагана почти достиг нас.

Малахи вышел вперед, встал между нами и ангелами и принялся ждать, когда они заговорят.

– Как всегда, прекрасно выбранный момент. Как обычно, вы дождались окончания боя, чтобы выйти вперед.

– Удачное совпадение, – надменно ответил Камаэль, и это звучало не так убедительно, как следовало бы при попытке опровергнуть сказанное. Он посмотрел на Благих, армию Сдерживающих. С их прибытием вся деятельность прекратилась, все смотрели… и ждали… чтобы понять, начнется ли битва снова.

Одна часть меня хотела, чтобы она началась. Часть меня хотела закончить бой, выразив нашу ярость магией, действием и пулями. То, что они посмели прийти сюда, провести свою армию по нашим улицам, приводило в ярость.

Видимо, почувствовав, что я готова действовать, Лиам взял меня за руку.

– Тише, тигрица, – прошептал он.

– Ты воспользовался камнем, Абетилом, – сказал Камаэль. – Теперь верни его нам.

– Или что? – спросил Малахи, склонив голову. – Заберете его у нас? Вступите в войну магии и пуль? Золота и стали? – он улыбнулся, но счастья в улыбке не было. Только насмешка и злость. – Думаю, нет.

Малахи остановился, оглянулся. Толпа разошлась, и вперед выдвинулся Гуннар, Комендант был рядом с ним. Гуннар посмотрел на Коменданта, который кивнул.

– Давай, – произнес он. – Это твоя сделка.

Гуннар кивнул в ответ, затем снова посмотрел на ангелов, которые с любопытством смотрели на него и его кресло.

– Мы вернем вам одну деталь оружия. Взамен вы вернете их в Запределье – Благих и других членов Рассветного Двора.

Он посмотрел на Малахи и получил от него кивок.

Они разделят оружие. Одна часть будет в нашем мире, одна – в их. Чтобы уменьшить вероятность того, что Ловушка Дьявола может попасть не в те руки.

Камаэль задрал подбородок.

– Оба объекта принадлежат нам.

– Вы разработали идею, – сказал Малахи. – Люди заставили оружие функционировать, и теперь оно принадлежит им. Может быть, вы хотите испытать его на прочность?

Убийственный взгляд Камаэля налился золотом, как сверкающее оружие.