Агент в задней части комнаты подняла руку – миниатюрная женщина с загорелой кожей и прямыми темными волосами, стянутыми в пучок.

– Джефферсон, – произнес Гуннар, указывая на нее.

– До этого инцидента на Острове Дьявола были Благие? – спросила Джефферсон.

– Только двое, – ответил Гуннар. – Оба были захвачены в плен сразу после начала войны, но они недолго прожили на Острове Дьявола. Ритуальные самоубийства, – мрачно добавил он.

– Благие очень гордые, даже высокомерные, – пояснил Малахи со своего места у двери. – Они не заинтересованы в том, чтобы оставаться военнопленными.

– И все же Аэрит не пошла этим путем, – сказала Джефферсон.

– И теперь, похоже, заинтересована в правосудии, – произнес Комендант, не возвращаясь на трибуну. Он посмотрел на Рэйчел. – Капитан. Каков статус ваших поисков на сегодняшний день?

Рэйчел поднялась, распрямив плечи, руки сцепив за спиной.

– Сэр. Основываясь на информации, предоставленной Куиннами, мы обыскали лагерь на северной стороне озера. – Она перевела взгляд на Лиама. – Они исчезли к тому времени, когда мы прибыли, никаких признаков лагеря.

– Сегодня на Острове Дьявола это были не все, – сказал Лиам. – В лагере их было больше.

Рэйчел кивнула.

– Если оставшиеся разбили новый лагерь, то мы его еще не обнаружили. – Она оглянулась на Коменданта, по ее взгляду было видно, что она серьезно подойдет к этому делу. – Но мы найдем их. Сэр, нам нужно больше добровольцев.

– Мы до этого еще дойдем, – произнес Комендант. – Прежде чем мы обсудим следующие шаги и задания, очень важно понять, с кем и с чем мы имеем дело. Врага надо знать в лицо, – сказал он и перевел взгляд на Малахи. – И, к счастью, у нас здесь есть специалист. Командующий, не могли бы вы предоставить некоторые сведения для тех, кто не знаком с конкретно этими Пара?

Малахи оглядел комнату. Выражение его лица было нечитаемым, и мне стало интересно, с облегчением ли он увидел преданную команду людей союзников, или он предпочел бы команду Пара, таких как он, которая могла бы противостоять Благим с помощью магии.

В любом случае, нельзя было отрицать, что он выглядел совершенно спокойно, готовясь к разговору с группой людей. Он является командир солдат, независимо от их биологического происхождения.

– Когда то у нас произошла война, – начал он. – Развал общества на тех, кто сражался, убивал, грабил. Ангелы, Благие, Валькирии и многие другие. После множества смертей и разрушений Консульство, те, кто поддержали создание единого совета по управлению нашим миром, пришло к власти. Мир стал более спокойным. Тише. Безопаснее. Здоровее. Но… одинаковым.

– В каком смысле? – спросил второй агент, пожилой мужчина со светлой кожей, грузным телосложением, коротко подстриженными волосами и усами, которые, похоже, предпочиют все мужчины полицейские и солдаты.

– Это агент Бомейстер, – сказал Гуннар Малахи, который кивнул ему в ответ.

– В консульстве считали, что то, что нас разделяло, должно быть сведено к минимуму. Что мы могли быть едины, только если оставим наши разногласия и объединимся. Сходство, по крайней мере, на уровне общества Консульства.

– Ты имеешь в виду, что другие культуры были уничтожены, – сухо произнес Бомейстер.

– Не существа, но обычаи, да. Языки, песни, одежда, мифология. Все были заменено на новую, единую традицию. Регламентированную традицию.

Малахи обычно держит свои чувства под жестким контролем и редко позволяет эмоциям брать верх.