Дни казались невероятно похожими друг на друга. Я даже в какой-то момент потерял им счет. Чтобы хоть как-то отвлечься, стал интересоваться бытом, знакомиться с остальными Шаби (хотя те особой взаимностью не отвечали), исследовать местность вокруг.

Оказалось, что помимо основного острова, застроенного и заселенного, существуют другие, большей частью безлюдные. Сюда при желании можно было приплывать для медитаций. С другой стороны, меня и на основном острове не особо напрягали общением.

После многочисленных, не всегда успешных разговоров, все же удалось выяснить немного про тот самый остров, куда меня не пускал невидимый барьер. Это оказалась обитель Гуангов. Точнее, по словам Изольды и редких Шаби, которые не считали зазорным со мной разговаривать, туда уходили Сирдары, достигающие просветления. И все. Обратно никто не возвращался.

Меня жутко смущали бесчувственные тела, которые удавалось увидеть с берега. Но не получалось никак оценить степень их живучести. Скажу одно — они лежали на одних и тех же местах. С другой стороны, никакого разложения или прочей пакости, которая происходила с трупами, я не видел. Как так могло быть?

Ответ я нашел не сразу. Да и мог он быть лишь в виде теории. Этот остров существовал для нас, живущих вполне линейно в кратком временном отрезке. Потому внешне никаких изменений я не видел. Но с упорством, достойным лучшего применения, пытался попасть туда. Понятно, что безуспешно.

С каждым днем во мне росло чувство неудовлетворенности текущим положением. Проходило время, а ничего не менялось. Даже не представляю, как остальные живут тут годами, пытаясь, как и я, постичь непостижимое и получая от Потока отлуп.

Вот только я был не таким терпимым. И решил действовать, опять подойдя к наставнику.

— Сирдар, — я без труда создал образ, даже чуть-чуть приукрасив его. — Я пришел к выводу, что у меня не получается учиться у вас традиционными методами.

— Не получается, — согласился наставник.

— Сейчас вы скажете, что я постоянно жду толчка, как маленький щенок ждет, что его подтолкнут к миске с едой.

— Не скажу, — улыбнулся Сирдар. — Но именно этого ты и ждешь.

— И вы правы. Видимо, традиционная учеба через созерцание и всякое такое мне не подходит. Меня надо взять за руку, ну, или, если надо, проволочь за шкирку. Поэтому… Я прошу вас, Сирдар. Будьте этой рукой.

Мог ли наставник отказать мне? Конечно. Собственно, имел полное на это право. Но что я терял? Что теряет неудачник, который приглашает на дискотеке первую красавицу класса? Да ничего. Станет ли его жизнь после отказа хуже? Едва ли. А вот если эта красавица неожиданно согласится?..

— Помогите мне очистить сознание, — добавил я, видя сомнение в глазах Сирдара.

Так тяжело мне не было даже во время серии пенальти, когда приходится ждать удара противника. Но когда наставник бросил короткое слово: «Ладно», у меня гора с плеч рухнула.

— Приходи вечером на берег, — сказал он. — Думаю, для остальных Шаби это будет довольно любопытное развлечение.

Наверное, мне стоило напрячься при этих словах. Но меня в футболе так научили, что цель оправдывает все средства: боль, пот, кровь. Ничего не дается на блюдечке. А результат приходит через стертые в мозоли ноги, разбитые костяшки пальцев, опухшие голеностопы. Был ли я настроен решительно? Да мой портрет можно печатать в букваре напротив буквы «Р» и слова «Решимость»!

Однако, как всегда, жизнь превзошла самые смелые ожидания.

Вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, я пришел на нужное место. В зрительном зале с низким уровнем комфорта, если попросту — на камнях, уже устроилась наша группа.