Он снова остановился.

– А то, что ты все переворачиваешь с ног на голову. Вместо того чтобы признать свою вину, обвиняешь меня непонятно в чем.

– Вину? И в чем я, по-твоему, провинилась? Я ничего не сделала.

– Ты уверена? С чего вдруг Никола почувствовал себя вправе говорить такие вещи? Да еще и при мне! Я тебе скажу! Ты строила ему глазки, провоцировала его…

– Да он даже не знает, что я встречаюсь с тобой! И потом, я ничего такого не делала! – возмутилась Анджела.

– Еще как делала! Ты всегда так себя ведешь: флиртуешь, кокетничаешь, тебе же надо быть самой красивой на свете. Знаешь, что я скажу? Меня достали и ты, и твоя неуверенность в себе.

– Это не так! Все дело в тебе… Это ты не уверен в себе!

– Я? Не уверен? – Лоренцо горько рассмеялся. – Заткнись уже!

– Видишь? Видишь, как ты со мной теперь обращаешься? Ты больше не похож на самого себя. У тебя совсем очерствело сердце, а мысли – где-то далеко. И все из-за этой фабрики…

– При чем тут фабрика?! – взорвался Лоренцо.

– А при том. Посмотри, что с тобой стало: тебя разъедает злоба и жажда мести. В тебе столько яда, что ты больше не способен любить. – Она прервалась и вздохнула. – Почему бы тебе не оставить все это? Прошу тебя. Сделай это ради себя, ради нас. «Дома Риццо» больше нет. Прими это. Давай вместе построим новое будущее. Здесь, в Лечче, если хочешь. Умоляю тебя, подумай об этом, пока не стало слишком поздно. Ты же дал обещание.

– Какое еще обещание?

Анджела подняла руку и показала ему кольцо на пальце.

– Вот это.

Лоренцо отвел глаза.

– Ты правда веришь в то, что сейчас сказала обо мне? – спросил он.

Она глубоко вздохнула.

– Да.

Он кивнул и посмотрел на нее с вызовом.

– Тогда, думаю, тебе лучше вернуться в Аралье. Зря ты сюда приехала.

Она пристально на него посмотрела.

– И это все? Больше тебе нечего сказать?

– Нечего, – пробормотал Лоренцо.

– Скажи мне это, глядя в глаза. Ты хочешь, чтобы я уехала? Ты уверен?

Он посмотрел ей в глаза.

– Абсолютно уверен.

Не говоря ни слова, Анджела развернулась и пошла прочь, сердито стуча каблуками по булыжной мостовой.

Она дошла до кассы автостанции на площади и, скрестив руки на груди, стала ждать своей очереди, но по мере того, как очередь продвигалась и она все ближе подходила к кассе, в ее голове постепенно начала обретать очертания одна мысль, пока не стала ясной и четкой.

Она вышла из очереди, уступив место долговязому мужчине с рассеянным взглядом, и побежала обратно.

К счастью, она отлично помнила дорогу.

Оказавшись у дома, она помедлила пару секунд, чтобы перевести дух, и постучала.

Дверь открыл Никола, но не успел он вымолвить и слова, как она сказала:

– Я согласна. Я буду позировать тебе.

Несколько секунд он смотрел на нее ошарашенно, а потом его лицо медленно расплылось в улыбке.

* * *

Лоренцо надел черные кожаные «оксфорды» и костюмный пиджак в тонкую светлую полоску.

Тетя с дядей уже ждали его в гостиной, разодетые для ужина у Гуарини.

Он распахнул дверцу шкафа с зеркалом на внутренней стороне, мельком взглянул на свое отражение и не спеша поправил узел галстука. Затем снова поднял глаза, но то, что он увидел в собственном взгляде, заставило его вздрогнуть. Лоренцо резко захлопнул дверцу.

13

 Цена, которую придется заплатить

Ноябрь 1959 года

– Подожди! – воскликнула Дориана, остановившись у витрины парфюмерного магазина.

Закутавшись в зеленое кашемировое пальто, она положила руки в перчатках на стекло и, сверкая глазами, залюбовалась элегантными флаконами духов, мылом в красивой упаковке и разнообразными туалетными принадлежностями.