Сердце в груди болезненно сжалось, хотя она и так знала ответ. Он и без того нёс на себе груз множества обязательств перед отцом, и она не могла утяжелять его ношу, принуждая к браку, которого он не хотел. Главной проблемой оставалось то, что у миллиона женихов был выбор.

А у неё не было.

Жениться или выйти замуж. «Но на дворе двадцать первый век!» – промелькнула гневная мысль. Вот почему она составила приворотное зелье. Она хотела взять судьбу в свои руки.

Только у судьбы, похоже, были иные планы.

Эвелин встала из-за стола и подошла к окну. Она могла видеть Лин перед собой, по ту сторону стекла, молила её взглядом, но та лишь грустно смотрела в ответ. Эва сердито топнула. Ей хотелось, чтобы другая девушка прекратила упрямиться и пообедала с ней.

В эту минуту вошёл Ренел. Он принёс одеяло, её любимое, из легчайшего пуха, в шёлковом чехле.

– Укройтесь, Эвелин, – сказал он. – Вы здесь уже не первый час. Вы наверняка продрогли.

Она и правда продрогла. Кончики пальцев посинели, а на руках выступила гусиная кожа. Может, поэтому Лин не желает отвечать? Может быть, Эва ей противна?

– Да, Ренел, скорее укутай меня. Какой ты глупый, почему ты раньше об этом не подумал? Ты разве не чувствуешь, как здесь холодно?

Ренел позволил себе несколько расслабиться и виновато улыбнулся. Почему-то это разозлило Эву ещё сильнее.

– Ты точно передал Лин приглашение на обед? Почему она остаётся снаружи?

– Я… я не знаю, ваше высочество.

– И принеси мне бальзам, немедленно. Смотри, что я с собой сделала, – она высоко подняла руки, кровоточившие ещё сильнее. – У меня не хватает сил даже на самоисцеление! Как будто я не ела и не пила много дней. Может быть, мы привлечём Лин изысканными кушаньями? Прикажи их подать!

– Сию минуту, миледи, – Ренел уже вернул своё неподвижное лицо. По щелчку его пальцев на столе возник графин с вином и множество великолепных фруктов. Затем он шагнул вперёд и осторожно накинул одеяло ей на плечи.

Сделав это, советник отошёл к окну. Эва взвизгнула и швырнула одеяло ему в лицо.

– Как ты посмел загородить от меня Лин?! Тупой, мерзкий человечишка! Ничтожный раб, неужели ты ничему не научился за все эти годы при дворе? ВОН ОТСЮДА, глупец! – Однако он по-прежнему стоял между ней и окном, и принцесса схватила со стола бокал. Она что было силы швырнула бокал, целясь ему в голову. Он увернулся, и бокал разбился о стекло у него за спиной. Наконец-то она снова увидела Лин и гневную гримасу у неё на лице. Она ринулась вперёд, походя сбив с ног Ренела, простёрла руки к окну, отделявшему её от великой любви, и с облегчением увидела, что Лин наконец-то присоединилась к ней. Эва приложила к стеклу ладони, и Лин повторила её движение.

Эве пришлось зажмуриться, чтобы не расстраивать Лин своим горестным взглядом. Но, несмотря на все усилия, она не могла удержаться от слёз.

– Мне так жаль, Лин, милая. Никогда бы не подумала, что Ренел на такое способен. Я думала, что могу ему доверять. Я больше не совершу такой ошибки. Я не в силах быть разделённой с тобой.

Глава 18. Саманта

Зейн мог бы воспользоваться Перемещением, чтобы попасть на территорию ЗА, но он предпочёл ехать со мной на трамвае. Меня разозлило, что это я, простец с тощим кошельком, была вынуждена оплатить поездку на трамвае богатенького Таланта, потому что у него не было привычки носить с собой наличные, а с его роскошной кредиткой невозможно купить один билет.

Нам пришлось пересечь весь город и сделать три пересадки, чтобы попасть в район научных заведений. В отличие от древних каменных особняков на Кингстаунском холме, здесь в пейзаже доминировали небоскрёбы из стекла и металла.