— Заткни ты ему пасть! Очумел он, что ли? — прикрикнул на сына Ефим, беспокойно оглядываясь по сторонам.

И тут произошло совсем неожиданное. Зацепившись ногой за корень дерева, Митька упал и выпустил из рук мешок.

Поросёнок вырвался из мешка и стремглав ринулся в лесную чащу.

— Да ты что, криворукий! Мешка завязать не мог! — вышел из себя отец. — Лови вот теперь! Семён, помогай! — позвал он шофёра.

Втроём они полезли в лесную чащу. Но как только Ефим с шофёром скрылись за деревьями, Митька вернулся к грузовику, выхватил из кармана перочинный ножик и попытался проколоть покрышку на заднем колесе.

В этот же миг Гошка поднялся из густой травы, в два прыжка очутился около Митьки и схватил его за руку.

— Это зачем?

— Ты… ты уже здесь? — обернувшись, удивился Митька. — В колхозе был?

— Нет, назад воротился.

— Отца с Пыжовым видел?

— Видел, всё знаю.

— А я хотел покрышки проткнуть, чтоб машину задержать до прихода наших, — признался Митька.

Взгляды мальчишек встретились, и Гошка всё понял: и почему Митяй выпустил поросёнка, и почему бросился с ножом к покрышке.

— Может, машину угнать? — шепнул Гошка.

— А сможешь? Ключ у тебя есть?

— В замке торчит. Я уже видел. Пыжов оставил.

— Тогда заводи, — хрипло приказал Митька.

Мальчишки влезли в кабину, Гошка сел за руль. Руки его дрожали, ноги не смогли сразу нащупать педалей. Только бы не перепутать, не забыть, чему учил его дядя Вася.

Наконец Гошка включил зажигание и нажал на стартёр. Мотор заработал, но тут же заглох.

— Эх ты, не умеешь! — словно от боли, застонал Митька.

— Сейчас, сейчас, — забормотал Гошка, обливаясь потом.

Наконец мотор вновь завёлся, и машина рывком взяла с места. В ту же минуту из лесной чащи выскочил Пыжов, за ним Кузяев. Не понимая, кто же мог завести машину, они бросились вслед за грузовиком, но уцепиться за борт успел один лишь Пыжов. Кузяев остался на дороге.

Подтянувшись на руках, Пыжов вскарабкался в кузов и яростно забарабанил кулаком по верху кабины, требуя остановить машину.

— В кузове один Пыжов, — сообщил Гошке Митяй, заглянув в заднее окошечко кабины. — Гони, Шарап, газуй!

И Гошка газанул. По сторонам дороги затрещали кусты, кузов пригибал тонкие деревца, обдирал с них кору, мальчишек подбрасывало на сиденье, как мячики, но грузовик всё набирал и набирал скорость.

Только бы выбраться из леса на шоссейную дорогу, где можно встретить и подводы, и машины, и людей!

Устав кричать и барабанить по верху кабины, Пыжов наконец изловчился, перелез через борт машины и встал на подножку. Открыв дверцу кабины, отодвинул Гошку и занял место за рулём.

— Дурачьё! Остолопы! — выругался он. — Вы что — машину захотели угробить?!

Гошка не сопротивлялся — лес поредел, стало светлее, за деревьями показалась шоссейная дорога.

— Теперь поезжай куда знаешь, — сказал он.

— А поросят всё равно загнать не дадим, — добавил Митька.

Мальчишки ждали, что Пыжов вот-вот остановит машину, вытолкнет их из кабины, а сам повернёт обратно в лес, чтобы захватить дядю Ефима.

Но шофёр вёл грузовик, не сбавляя скорости, а когда доехал до шоссейной дороги, то повернул не к городу, а в противоположную сторону, к Клинцам.

Гошка с Митькой переглянулись.

— Куда поросят везти? — спросил Пыжов.