Радим повернул ключ в замке, потом подумал и сделал шаг к двери напротив, палец нажал на звонок. Анна работала учительницей и старалась не брать первые уроки, так что, из дома уходила не раньше полдесятого.

Он не ошибся, соседка в халатике, с термобигудями на голове и одной стрелкой из двух открыла дверь почти сразу.

— Привет, Радим, куда-то уезжаешь? — заметив в стоящий за спиной чемодан, поинтересовалась женщина.

— Доброе утро, Анна Ивановна, уезжаю, и надолго, не меньше, чем на полгода, но буду в стране. Так что, присмотрите за квартиркой, номер мой у вас есть, если что, звоните.

— Конечно, — улыбнулась она. — Служебная командировка?

— Вроде того, — согласился Вяземский, — курсы повышения квалификации. А теперь прошу извинить, пора мне.

— С богом, Радик, — напутствовала женщина и перекрестила его.

Дикий, подхватив чемодан и мусорный мешок, еще раз кивнул на прощание и направился к лифту.

Через пятнадцать минут он подъезжал к зданию следственного комитета. Бросив взгляд на часы и поняв, что явился раньше, он зарулил на гостевую стоянку, которая все равно находилась под присмотром полицейского. Достав телефон, он отправил на номер Платова короткое СМС — «я на месте», и, выбравшись наружу, прикурил.

— Ба, Радим, какими к нам судьбами? Не меня ждешь? — раздался справа голос.

Вяземский повернулся и обнаружил майора Агапова, который подходил к зданию со стороны остановки общественного транспорта.

— Привет, майор, чего на своих двоих?

— Пробил колесо, менять некогда было, да и запаска дырявая, никак до шиномонтажа не доеду, — пояснил он.

— Понятно. Кстати, а что по делу проститутки, все спросить забываю?

— Да мы их в тот же день взяли, — отмахнулся Агапов. — Ты верно догадался, девку они и вправду в озере утопили, убили случайно, пересрали и решили скрыть тело. Это их грызло, и, когда за ними пришла полиция, раскололись сразу. Девку нашли. Можешь себе отметить в блокноте, хорошее дело сделал. Так ты ко мне?

Радим покачал головой.

— Уезжаю, в Москву мне нужно по делу важному, но, скорее всего, вернусь. Я так понял, гости столичные вроде с маньяком разобрались, и домой направляются, вот я к ним на хвоста и прыгнул.

— Гость, — посмурнев, поправил его майор.

— В смысле? — не понял Радим.

— Все равно узнаешь через пару минут, когда подполковник появится. Вчера во время операции старший лейтенант Левашов погиб в схватке с туалетным маньяком. Не знаю, что там случилось, но все окончилось плохо. Женщина, которая должна была стать жертвой, тоже мертва, черный ходок в морге с пробитым ножом сердцем, а от старлея остался только обгоревший костяк, мясо пеплом осыпалось. Его в обед в Москву отправят спец машиной.

Радим сплюнул, хорошее утро резко испортилось.

Именно в этот момент со служебной стоянки выехал черный Гелик и, гуднув, притерся к обочине, ожидая ведомого.

— Ладно, майор, — пожимая крепкую руку Агапова, вздохнул Радим, — новости ты плохие принес. Но такова судьба зеркальщиков. Надеюсь, увидимся.

— И я надеюсь, удачи тебе, — кивнул следак и поспешил к проходной.

Радим же затушил окурок, но, не найдя, куда его выкинуть, забрал с собой. Не надо свинячить, грязи и мусора и без этого бычка хватает, потом на заправке какой-нибудь выкинет.

Он уселся поудобнее, завел двигатель и выехал с парковки, пристроившись в хвост к тут же тронувшемуся с места Гелику. На выезде из города они остановились на заправке. Платов выбрался из внедорожника и, сунув пистолет в бак, посмотрел на Радима, настроение у подпола было крайне поганым.