— Вот как, — задумчиво произнес полковник. — Это многое объясняет. Ну что ж, наследник, тебя ждет кое-что интересное. Да и нас всех. Если ты, действительно, потомок последнего Вяземского, то значит, скоро одной тайной станет меньше.

Радим недоуменно посмотрел на Пряхина.

— Наставник, что вы имеете в виду? — наконец, решил спросить он, видя, что тот не торопится объяснить.

— Наследие Вяземского, — немного задумчиво и отстраненно ответил Александр Игоревич. — Видишь ли, зеркальщики существовали всегда, хотя все это ты, наверное, прочел в дневниках, что тебе выдали. Давай проверим, что ты усвоил.

— Первые данные о зеркальщиках датированы пятнадцатым веком, когда люди научились делать относительно чистое стекло. Именно к этому периоду относятся первые контакты с зазеркальем.

— Дальше, — подбодрил его Пряхин.

— В шестнадцатом создан первый тайный орден хранителей зеркал. Но данных о нем мало, вероятно, был уничтожен кем-то с той стороны, записей не сохранилось. Затем еще несколько орденов в Европе и Америке. В Российской империи в те времена за зеркалами приглядывали монахи. И только в восемнадцатом веке при Екатерине второй в Петербурге был создан Зеркальный надзор, так образовалась первая государственная служба. Дальше…

— Все верно, курсант, — согласно кивнув, прервал Радима Александр Игоревич. — Служба Зеркального надзора пережила века. Она реформировалась, менялась вывеска, но она всегда стояла на страже Руси. Князь Вяземский был последним руководителем Зеркальной стражи перед революцией, потом тут рулили совсем другие люди, идеологически правильные, но деятельность тех, кто приглядывал за воротами в другой мир, никогда не прерывалась, ни во время войн, ни во время потрясений. Так вот, Владимир Леонидович бежал от революции. Я не знаю его истории, так вышло, знаю только, что он умер в Париже. Но ветвей Вяземских было много, ты можешь принадлежать к любой, давно угасшей. Так что, необязательно, что он твой предок. Да и проверить надо, правду тебе бабка говорила или так, привирала для значимости. Хотя, зеркальная ведьма…

— И в чем тайна, наставник?

— Тайна в шкатулке, курсант, которую он оставил, запечатав так, что ее может вскрыть только его потомок. Любая попытка вторжения — приговор для взломщика, охранная руна там невероятной силы. Тот, кто в нее последний раз пытался сунуться, осыпался горсткой пепла. Разрушить ее сложно, но можно, в письме князь предупредил, что в этом случае содержимое будет уничтожено.

— И что, товарищ полковник, никакого намека, что там может быть?

— Нет, курсант. Ладно, мы отвлеклись, нас ждут руны. Мы выяснили твою силу, и для свежего зеркальщика она невероятна, обычно новички — это один, максимум два с половиной. Сейчас я расскажу тебе, как увеличивать свой резерв, и покажу руну, и завтра ты спустишься в подвал, там есть специальное помещение, где ты эти руны будешь тренировать. Начнем…

Радим моргнул, отгоняя нахлынувшие воспоминания, и, покосившись на электронные часы, стоящие на прикроватной тумбочке, вздохнув, отправился в ванную. Обучение было закончено, экзамен сдан, и теперь осталась месячная практика. И, если повезет, он встретит новый год с друзьями, с которыми не виделся полгода.

Правило в отделе было простое — никаких бород, только гладковыбритые щеки, разрешались усы. Говорят это пошло из-за одного случая, произошедшего еще до революции. Бородатый зеркальщик подошел к зеркалу, находящемуся на месте происшествия, исчез целый полковник сыска, так вот, приблизил он лицо к стеклу, а оттуда рука и, ухватив его за бороду, втянула внутрь. Больше его никто не видел.