— В общем, так, — произнес он после паузы, — то, что ты мой приказ нарушил, я в рапорте не упомянул. Практику тебе зачли, осталось последнее испытание — привести приговор в исполнение. Тройка разобрала дело Матильды Генриховны Шмидт, она сознательно обратилась к зеркальной ведьме и заплатила ей деньги за то, что та изведет ее невестку. Решение в таких случаях однозначное, председатель судебной тройки, глава одиннадцатого особого отдела, полковник Сергей Васильевич Старостин утвердил смертный приговор, который отложен до твоего выздоровления. Поскольку, раз уж ты все это начал, то и заканчивать тебе.

— Плевать, — устало произнес Вяземский, — надо — сделаю. Вы мне, Альберт Романович, лучше скажите, меня не искали?

— Уладил я все с твоей подружкой, еще ночью, когда за твою жизнь здесь сражались. Твой телефон надрывался, приложил я пальчик твой к сенсору, ты уж прости за это, лейтенант, прочел я переписку вашу, понял, что она на служебной квартире тебя ждет. Заехал, наплел с три короба про задание секретное, что ближайшее время недоступен будешь. Но как сделаешь то, что тебе Родина поручила, сразу с ней свяжешься. Мне кажется, она не слишком поверила, но все же прекратила терзать твой телефон, а утром уехала в Энск. Лучше так, чем она бы волновалась за твою жизнь или обивала пороги кабинетов в твоих поисках. А так ты потом героем явишься, очко будет в твою пользу. Кстати о герое, я уже подал документы, а Старостин подписал, ты теперь кавалер ордена мужества.

— Служу России, — немного шутливо ответил Радим.

— Дикий, давай без стеба, — бросив на Радима укоризненный взгляд, попросил Жданов, — ты большое дело для Родины сделал. Мы три дня, что ты тут валяешься, разгребаем дела этой ведьмы. Старая она была, за полторы сотни лет, мощная, иначе не смогла бы провести полноценную боевую трансформацию. Она гадить еще при Николае втором начала, ничем не брезговала, нашлись в архивах ее подвиги. Твой предок по линии Вяземских ее лично гонял, еще до того, как главой зеркального надзора стал. Видишь, сколько прожила. Пока что мы нашли около семидесяти шести эпизодов, но, думаю, их куда как больше, так что, можешь смело записать себе в актив ликвидацию матерого киллера. Причем попытка сжить со свету Наталью Шмидт — это мелочь, ее след обнаружился в деле одного генерала, который внезапно скончался перед тем, как должен был быть назначен на высокую должность. А генерал был хороший, умный, честный, много полезного мог для страны сделать.

— Может, тогда не стоило ее убивать? Потрясли бы, вышли бы на заказчика.

— И так вышли. Она записи вела, мы их нашли. Берлогу, которую мы накрыли, хорошо обыскали, много полезного в подвале обнаружилось, сверху — так, место для встречи с гостями. Кстати, тебе кое-что с трофеев перепадет, поверь, разочарован ты не будешь. И от нас с Михаилом презент, мы тебе второй раз задолжали. Так что, как на службе появишься, ждет тебя сюрприз. Не будь тебя и твоей соли, подохли бы мы с Ломом в том домике, а Анея бы ушла и дальше свои черные дела творила. Моя это ошибка, и то, что там произошло, и то, что ты тут на больничной койке валяешься. Я-то ведь за обычной зеркальной ведьмой ехал, которая решила подхалтурить за приличный кусок души, ну и на смерти девки подняться. А нашли мы старшую ведьму из темного ковена. Надеюсь, объяснять тебе, что это значит, не нужно

— Не нужно, — покачал головой Вяземский.

— Ну и молодец, — похвалил его полковник. — Хорошо, что прочел дневники предшественников, сила в прошлом сокрыта великая, не дает она умному, помнящему, в будущем дров наломать, хотя ломаем все равно. Ну, вроде все обсудили, пойду я, завтра загляну, фруктов принесу. А то хоть и заведение особое, а кормят тут все равно, так себе.

Радим, который уже успел поужинать больничной едой, только тяжко вздохнул, сюда пиццу, как в обычную больницу, заказать не выйдет.