|
Ладонь Баруа находит ладонь Мари; откинувшись назад, она опустила обнаженную руку в воду, и упругие холодные струи обволакивают их запястья. Семь ударов пробило на колокольне; на другом берегу эхо повторяет их, но глухо как гонг. Лодка поворачивает к Палланце. Жюли ожидает их у входа в дом с двумя телеграммами в руках. Скончалась г-жа Пасклен. Прошло три часа. Готовый к отъезду Баруа стоит, облокотившись на перила балкона. Перед ним расстилается жемчужная гладь озера. Внизу - шумная площадь: звуки песен, гром оркестра, звонки трамваев, разноголосый шум. С большого, ярко освещенного парохода сходят люди и разбегаются, как муравьи. "Бедняжка... Всего две недели она провела со мной... О, как я буду одинок..." Внезапно на пароходе потухли огни. Темная громада, сверкавшая огнями, становится белесой, усеянной черными дырами. Теперь пароход походит на заброшенный корабль. Он тяжело вздрагивает на волнах, и, кажется, только и жизни в нем что медленные клубы дыма из трубы. В Бюи. Ночное бдение у смертного одра: две свечи, кровать; монахини в чепцах. Измученная долгим стоянием на коленях, Сесиль в изнеможении полулежит в кресле. Покрасневшие веки полузакрыты; ее мысли стремятся навстречу Мари: "Завтра утром она будет здесь, я не буду больше одна..." Но в тайниках ее сознания другая мысль: "Завтра утром они будут здесь..." Она припоминает все, что узнала о Жане от дочери и Жюли. Проводит рукой по лицу. "Он найдет, что я изменилась..." Она его не видела уже восемнадцать лет, и внезапно образ цветущего тридцатилетнего человека возникает перед ней... Она стремительно встает и, чтобы не думать ни о чем, кроме умершей, преклоняет колени у постели. С самого приезда в Бюи Баруа не выходил из комнаты в гостинице. Сырость, оседающая на плечах, проникает сквозь стены, как туман. Весь день он просидел перед огнем, вертя в руках письмо Мари; его знобит, щеки пылают. "Дорогой отец! Панихида будет завтра утром, но мама просит Вас не присутствовать. Она очень тронута Вашими соболезнованиями и поручила передать Вам, что если Вы задержитесь в Бюи до завтра, она будет счастлива отблагодарить Вас лично за все, что Вы сделали для меня. Приходите в шесть часов, никого не будет. С грустью целую Вас. Мари". Наступил вечер; Баруа не выдерживает и выходит на улицу. Он идет в нижнюю часть города, будто избегая квартала, куда его так тянет. На улицах - мирная вечерняя жизнь: так же по вечерам заносят в лавки столы с разложенными на них товарами; тот же грохот дребезжащего омнибуса; те же вывески, громыхающие на ветру на тех же углах. |
