– Опять вызов?

– Самоубийство на окраине города, – тихо сказал тот.

– Снова женщина?

– Как все последнее время.

– Значит, опять началось.

– Оно, похоже, и не кончалось.

Эбигейл проводила их взглядом и уже собралась уходить, как услышала знакомый голос.

– Кофе с собой и яблочный сок, пожалуйста.

Это была она.

– Нет, молока не надо.

Эбигейл облокотилась о стол и, ища голос взглядом, пыталась не рухнуть без чувств. Дыхание перехватило, мозг говорил, что ей показалось, точно, не может такого быть!

– Спасибо. – Женщина забрала оба стаканчика и пошла к двери.

Эбигейл хотела за ней побежать, но ноги её предательски подкосились, она вообще не чувствовала ног, единственное, что она могла сделать, это проводить женщину взглядом, всматриваясь в родной силуэт через окно.

Женщина вышла на улицу и встала напротив кофейни, медленно попивая кофе, всматриваясь куда-то в даль. Эбигейл смотрела на неё и не могла в это поверить. Ей хотелось к ней подбежать, окликнуть, обнять, почувствовать тот самый запах, но тело будто остолбенело.

«А это точно она?» – спрашивал внутренний голос.

– Точно, – шептала Эбигейл. – Это точно она!

Там за окном она видела маму, настоящую, совершенно живую, ту, в чью фотографию тысячу раз всматривалась перед сном.

Вдруг женщина, так походившая на её мать или мать, ставшая словно чужая, улыбнулась кому-то и позвала к себе. Из толпы вышла девчонка, мама дала ей стаканчик и погладила по волосам.

Этой девочкой была Эбигейл, только значительно младше.

Интерлюдия

– Кто-то подводит итоги уходящего года, мы же даём прогноз на следующий! Что нас ждёт в Новом году, стоит ли волноваться о будущем или можно жить спокойно до следующего Нового года, нам сегодня поможет узнать – наш замечательный мистер Лобстер!

Аплодисменты.

– Но сначала мы пригласим в нашу студию настоящего учёного и профессора геологического факультета – мистера Альберта Хольцмана.

Аплодисменты.

– Мистер Хольцман, скажите нам как учёный, может ли наука предсказывать будущее?

Мистер Хольцман оглядел ведущих, операторов, сумасшедших, как ему показалось, людей в зрительном зале, или то была массовка, и хотел было сразу уйти, но тут же вспомнил, зачем пришёл.

– Мистер Хольцман, – раздался встревоженный голос ведущего, – профессор…

– Да-да, – откликнулся тот.

– В преинтервью вы сказали, что у вас есть предсказание на следующий год.

– Да, я сказал… Дело в том, – откашлялся Хольцман, – дело в том, что мы стоим на пороге огромной катастрофы.

Улыбка ведущего не сползала с лица.

– Та-а-к, – протянул он, – что же должно случиться в следующем году? Опять конец света? – засмеялся он, и публика подхватила. – Это какой по счёту? По-моему, третий?

– Да, – перебил его Хольцман, – предсказаний конца света было немало, но они не имели под собой никаких оснований, за исключением каких-то календарей давно умерших племён, но сейчас…

– Вы хотите сказать, основания есть?

– Есть и очень серьёзные.

– Так, продолжайте. – Ведущий театрально нахмурил брови и приложил палец к губам, призывая зрителей вести себя тише.

– Дело в том, что три дня назад мы обнаружили подозрительную активность в районе вулканического кольца. Тектонические плиты под вулканами движутся с небывалой ранее скоростью, в то время как в воздухе зафиксирован повышенный уровень диоксида серы и…

– Простите, – перебил его ведущий, – а что это значит, уровень этого, как вы сказали, диоксида…

– Серы.