— А прибыли?

— Пополам. И оформление предприятия — тоже. А если вы найдете способ, как выйти с этой краской в Санкт-Петербург, и сможете ее туда переправлять сами, то я готов предложить вам сорок на шестьдесят по прибылям. Но владение пополам.

— Сколько и чего вам нужно, чтобы изготавливать бочку[2] этой краски каждый месяц?

— А давайте посчитаем, уважаемые кроты. — произнес Лев Николаевич вставая.

— Что, простите?

— Давайте пройдем в мою комнату, где удобный стол и есть бумага с карандашом. И я прикину: сколько чего нужно…

[1] Малый (рабочий) кабинет Николая I находился на первом этажа Зимнего дворца в его северо-западном крыле и выходил окнами на Адмиралтейство. Представлял собой вытянутую маленькую комнату, которая, впрочем, не сохранилась.

[2] По указу 1835 году бочка, как мера жидкости, она же «винная бочка» устанавливалась в 40 ведер или 491,976 л.

Часть 2

Глава 4

1843, январь, 13. Казань

— Ночь. Улица. Фонарь. Аптека. Бордель. Окошко. Тихий стон. И что-то там хоть четверть века, — декламировал Лев Николаевич вольную интертрепацию стихотворения Блока под ритмичное поскрипывание кровати. Придерживая за мягкие берда молодуху в рамках проведения научных изысканий. Постановки, так сказать, эксперимента.

Раздобыв партию натурального каучука, он возился над технологией изготовления презервативов. Одноразовых. Максимально дешевых и как можно более тонких.

Не для себя, для друга.

Или нет?

Впрочем, несмотря на всю комичность ситуации, она, в сущности, была довольно трагичной. Распущенное половое поведение как аристократии, так и служилых вело к довольно широкому распространению половых инфекций.

Да, не катастрофа, как в том же XVI веке.

Однако каждый пятый представитель аристократии если не страдал от «срамной болезни», то как минимум от нее хотя бы раз в жизни лечился. По вооруженным силам и того печальнее — каждый четвертый, а в зоне напряженных конфликтов и того больше — до сорока процентов.

Страшная статистика!

Ужасная!

Именно для того, чтобы это все побороть с 16 апреля 1843 года Николай I и начнет легализацию проституции. С целью поставить девочек под контроль, прежде всего врачебный. Хотя разговоры об этом велись уже не первый год.

Молодой же граф решил подойти к этому вопросу с другой стороны.

Да, презервативы были известны человечеству с Древнего мира. Еще до наступления славных времен Античности. Изготавливаясь из разных подручных материалов, в первую очередь кишок, например, овечьих. В какое-то время даже не извлекая их из животного. Но настоящие, латексные презервативы появились лишь в 1855 году и были поначалу толстыми.

Очень толстыми.

Прям натурально с велосипедную камеру.

Но Лев каким-то чудом в прошлой жизни видел научно-познавательный ролик. И в памяти отложилось, что если резину развести пожиже каким-нибудь растворителем, то формочки можно в нее просто окунать. Получая на выходе тонкостенные, цельные изделия.

Понятно — это не предел, а только лишь начало долгого пути. Однако и такой вариант выглядел чрезвычайно полезным… выигрышным. Пусть даже не солдат, то хотя бы для офицеров. Их ведь вон сколько лет и сил готовить, а потому глупо терять таким бестолковым образом.

Так что, собрав волю в кулак, Лев Николаевич изготавливал варианты изделий и вдумчиво экспериментировал, стараясь подбирать совсем новеньких проституток. Еще не успевших собрать себе букет инфекций.

Ну а почему нет?

Он мог себе позволить. Опекуны на это ему специальное содержание выделяли, как и двум другим старшим братьям. Карты, пьянки и беспорядочная половая жизнь была частью светской изнанки.