— То же верно. — максимально жизнерадостно произнес Неждан. — Мне нравится, что ты не унываешь.

— Откуда ты знаешь эту игры?

— Ты не устал задавать такие вопросы? — еще сильнее расплылся в улыбке парень.

— А еще какие-нибудь ведаешь?

— Много разных.

— Покажешь?

— Зачем? Мы ведь не часто играем.

— Это сейчас. Зимой темнеет рано. А при такой вот лучине, — кивнул он на нее, — или свете из печи можно вполне время коротать. И не только нам. Так-то и с семьей, и даже в гостях у кого-то. Людям должно понравится.

— На самом деле я ее сделал, чтобы подурачиться. — серьезно произнес парень. — У нас масса дел. И у них.

— У людей и так мало радостей. Мы хотя бы едим от пуза. Да еще и рыбы, а порой и мяса. Что немало. А они? Им нужна какая-то отрада… отдушина. Почему не эта игра? А лучше игры.

— Мы живем в совершенной нищете. — покачал головой Неждан. — Все мы. Это увядание. Это смерть.

— Все так, — охотно согласился Вернидуб. — Но разве боги не ради нашего спасения послали тебя? Вложив притом в твою голову знания об этой игре?..

Парень задумался.

Его крайне неприятно кольнула формулировка, которой воспользовался визави. Да, он и сам потихоньку эту тему разгонял. Но осторожно. А тут — нате на лопате. Кого посылают боги в таких случаях? Обычно пророков.

«Ну спасибо!» — недовольно и раздраженно подумал он.

Ведуном ему быть казалось удобным. Что-то делай, как-то живи — и нормально. А любые странности и чудачества списывай на богов. Мало ли что они тебе там сказали? Если вреда окружающим это явно не несет — никому и дела не будет.

Тут же…

Такую ответственность ему брать на себя не хотелось. Тем более в ситуации, когда он не обладал возможностью оправдать надежды. И ресурсами. И людьми. Во всяком случае — пока.

Но был ли у него выбор?

Ой не факт…

Впрочем, корень бед упирался в другое. Где-то там, далеко на юге, потихоньку развивалось христианство. То есть, та конфессия, к которой, чисто гипотетически относился он сам. Но установить с ее адептами связь было не только затруднительно, но бессмысленно. Ведь это христианство было ранним со своей спецификой. Включая изрядный радикализм и фанатизм своих последователей, как всегда и бывает с молодыми религиями.

Да и все эти тезы про любовь, гуманизм, непротивление злу и так далее выглядели предельно неуместно. Ему и его наследникам ближайшие века будет нужно драться насмерть, отстаивая место под солнцем. Для чего совсем иная философия требовалась.

Принципиальная иная.

Отчего Неждана, то есть, Ивана коробило и выкручивало винтом. Ему ведь нужно было для этого местную религию как-то кодифицировать и откорректировать. Причем сделать это взвешенно, рационально и здраво, все продумав наперед. А значит, создать в будущем очень неприятного противника христианству…

— Ты чего? — осторожно спросил Вернидуб, глядя, как парень ушел в себя и посерел лицом. — Дурно стало?

— Задумался.

— О чем же? — прищурился седой.

— С одной стороны, ты прав. — тихо произнес Неждан. — Эта игра способствует развитию тактического и стратегического мышления. А оно в жизни очень нужно и полезно.

— Чему? — нахмурился ведун.

— Тактика учит расставлять и управлять воинами на поле боя. А стратегия — выстраивать поход так, чтобы завершить его благополучно.