Взмахом руки Ники подозвал Алису к себе. Она медленно подошла – юная, прекрасная, неотразимая.

– Улыбнись, радость моя! – приказал он. – Не забывай, ты должна доставлять мне удовольствие.

На лице ее появилась вымученная улыбка, и Ники рассмеялся, будто и не заметив ее усилий.

– Прекрасно! – сказал он весело. – Если бы ты постаралась вести себя так же мило, как мило ты выглядишь, лучшего нельзя было бы и пожелать.

– В данных обстоятельствах это невозможно, – прошептала Алиса, бросив на Ники исполненный презрения взгляд.

– Однако надежды терять не будем, – сказал Ники вполголоса, усаживая ее к себе на колени. – Мадам Вевей, покажите нам свои эскизы. Мы с кузиной отберем то, что нам понравится, и, надеемся, вы выполните наши заказы в кратчайшие сроки.

– Конечно, князь, конечно! Задержки не будет, смею вас уверить.

– Отпустите меня, мсье! – шепнула Алиса, с мольбой взглянув на Ники.

Она отлично понимала, почему он так себя ведет: ему хотелось продемонстрировать всему свету, что она – его очередная любовница.

– Нет, – ответил он коротко, как и полагается человеку, который волен своих действий не объяснять.

Так, прижимая ее к себе, Николай заказывал Алисе весь гардероб и делал это с таким размахом, что глаза мадам Вевей разгорелись в предвкушении невиданных доходов. Длилось это довольно долго, и, заметив, какой расстроенной выглядит Алиса, Ники едва не пожалел ее.

«Непременно следует купить ей драгоценностей», – подумал он. Алиса приносила ему столько радости, что он решил дать ей почувствовать, как приятно бывает, когда тебя воспринимают именно и только как женщину. В прошлом месяце он видел восхитительное изумрудное ожерелье у Фаберже. Такие роскошные подарки всегда трогают сердце женщины. При виде блеска рубинов и изумрудов тают все дамы без исключения.

– Пожалуй, это все, мадам Вевей. Моя кузина пока что поносит это зеленое платье. Надеюсь, через два дня вы доставите все самое необходимое, а затем и остальное.

– Можете не сомневаться, ваше сиятельство! – уверила его модистка. «Надо будет нанять еще одну швею», – решила она.

– Ну что ж, мадам, благодарю. Не провожайте, мы сами найдем дорогу.

Как только мадам Вевей удалилась, Алиса вскочила на ноги, Ники не удерживал ее. Сам он остался сидеть в кресле, глядя на нее с усмешливой улыбкой.

– Ты, верно, поразилась и моей щедрости, и тому, как я разбираюсь в дамской моде. Полагаю, мой вкус ты одобряешь, и… – Ники внезапно стал абсолютно серьезным. – Прошу тебя, Алиса, прости меня, – сказал он и тут же вновь расплылся в улыбке. – Подобное постыдное поведение для меня вполне обычно.

– Ну почему, Ники? – тихо спросила Алиса. – Зачем все это?

Она печально смотрела на него, удивляясь на саму себя, что не испытывает к нему ненависти.

«Потому что меня так к тебе тянет, что я с ума схожу! – подумал Ники. – Потому что ты и твоя дочурка – вы греете мне душу…»

– Потому! – сказал он вслух.

Алиса опустила голову.

– Мне следовало бы тебя ненавидеть, – тихо произнесла она.

– Но ты же меня не ненавидишь, – ответил он так же тихо.

– Нет. Но твоей содержанкой я быть не хочу.

Николай вдруг поразился тому, как разнятся их взгляды. Однако, поскольку он твердо решил, что сделает ее счастливой, то спорить не стал.

– Но мы можем остаться друзьями?

Ах, женщины все таки непредсказуемы! Алиса просияла в ответ.

– Я бы очень этого хотела! Ты был так добр к нам с Кателиной… – И внезапно ее прекрасные глаза наполнились слезами.