– Это было бы замечательно! – просияла Алиса.

– Вернемся домой, поговорим с Пьером. Пусть придумает, чем удивить Кателину.

– Она очень любит рисовый пудинг и…

– Пирожные с клубникой, – закончил за нее Никки.

– Да, а еще бисквитное печенье.

До самого дома они ехали, держась за руки, и вспоминали, что сами в детстве любили больше всего. Николай пребывал в прекрасном расположении духа: ему было очень приятно делать приятное ей.

На следующее утро Алиса с Кателиной сидели в кабинете за уроками, которыми в последнее время занимались не слишком регулярно, поскольку постоянно ездили осматривать Петербург и окрестности. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошел высокий седовласый мужчина. Алиса тотчас догадалась, что перед ней отец Ники – они были очень похожи и чертами лица, и величественной манерой держаться. Густо покраснев, она присела в реверансе, не смея поднять на гостя глаз. Кателина, заметив взгляд матери, тоже вскочила и сделала реверанс.

Князь Михаил взглянул на молодую даму в утреннем светло желтом платье, которое отлично подчеркивало стройность ее фигуры и удивительно шло к золотистым волосам, и ему стало ясно, почему вдруг Ники изменил своим привычкам и поселил свою новую любовницу у себя. Он сразу же увидел, что эта женщина – настоящая дворянка.

– Вы, наверное, Алиса? – спросил он напрямик.

– Да, мсье, это я. А это моя дочь Кателина.

– Так вот вы какая… А я решил заехать, посмотреть, кто же это завладел сердцем моего сына, – просто, по дружески сказал князь.

Алису его слова привели в полное смятение, и она решила, что Кателину надо немедленно отослать.

– Доченька, побеги, найди Ракель, – взволнованно шепнула она. – Пусть она отведет тебя в сад.

Кателина бросила любопытный взгляд на старого князя и убежала, а Алиса, собравшись с духом, сказала:

– Прошу прощения у вашего сиятельства, но, если вы увидели все, что хотели, позвольте мне удалиться.

– Дитя мое, не обижайтесь на мою прямоту. Я привык говорить обо всем как есть, без экивоков, моя жена вечно мне на это пеняет, – добродушно произнес князь Михаил. – Должен признать, у моего сына отменный вкус, – продолжал он с улыбкой. – Да идите же сюда! Я вас не съем. Присядьте. Я велел принести чаю и вина, поболтаем, познакомимся поближе.

Через несколько минут появился слуга с подносом, и Алиса с князем уселись друг напротив друга за круглый малахитовый столик. Князь Михаил разговаривал с ней так дружелюбно и открыто, что Алиса вскоре окончательно успокоилась и даже перестала смущаться. Обаянию отца – как, впрочем, и обаянию сына – противостоять было невозможно.

Князь, в свою очередь, изучал Алису, ради знакомства с которой он, собственно, и приехал в столицу. Едва до него дошли слухи о новой возлюбленной Ники, он послал в Петербург своего поверенного, попросив его поподробнее разузнать, что это за «кузина».

А вскоре князь получил злобное письмо от графини Амалиенбург. Письмо было лишним, поскольку князь обо всем узнавал из собственных источников, однако получателя оно обрадовало, хотя и совсем по иной причине, нежели та, которую имела в виду отправительница. Князь Михаил был рад узнать, что после стольких лет его сын наконец порвал с этой женщиной. Он порой побаивался, что Ники как нибудь спьяну предложит ей нечто большее, чем просто роман, а видеть Софью Амалиенбург своей невесткой он никак не хотел.

Узнав, к своему несказанному удивлению, что Алиса – супруга Вольдемара Форсеуса, он навел справки в Виипури и через три недели получил все необходимые сведения о родителях Алисы, о ее браке с Форсеусом и о ее «дружбе» с Ники. Но, беседуя с молодой женщиной, он эти сведения держал при себе, решив сам разобраться, в кого же влюбился его сын.