– Прошу прощения, ваше сиятельство, но у меня есть приказ вашего отца.

– Черт подери! – взорвался Ники. – Если ты, Юхан, еще раз скажешь про «приказ отца», я тебя поколочу!

Ругаясь в голос, он выскочил на улицу, поклявшись, что напоит своих стражей вусмерть и тогда наконец избавится от их назойливого общества.

Однако он зря решил, что ему удастся перепить финских лесорубов, хотя коньяк и шампанское текли рекой. Приятели Ники изощрялись в шуточках по поводу убежденного холостяка, попавшего в сети брака. Поздно вечером Ильин, которого обуяла пьяная сентиментальность и тоска по другу, которого у него отнимал Гименей, отвел Ники в сторону и страстно зашептал:

– Вот уж никогда от тебя такого не ожидал, Ники! Какого черта ты вздумал жениться на своей любовнице? Я думал, для тебя семейная жизнь страшнее тюрьмы.

– Это так и есть, дорогой мой Аристарх, – ответил Ники невозмутимо. – Но еще страшнее ссылка в сибирское имение, которой пригрозил мне отец.

Ильин изумленно вскинул брови.

– Да, друг мой, теперь я тебя понимаю. Так вот что творится в семействе Кузановых. Примите мои соболезнования, полковник.

– Говорят, Сибирь дает России истинных гениев, но я бы не хотел отправиться туда и убедиться в этом лично, – мрачно усмехнулся Ники и вновь наполнил стакан.

Ильин, по натуре человек добродушный, решил приободрить друга.

– Но Алиса удивительно мила. И, готов поклясться, хороша в постели. Могло быть хуже, Ники. Так что думай о преимуществах.

– Увы, но сейчас я могу думать только о том, что теряю, – пробормотал Ники. – Будь проклят весь женский род! Давай лучше выпьем, Аристарх.

Они опорожнили бокалы и швырнули их об пол.

Несколько часов спустя один из молодых офицеров, которому не была известна подоплека грядущего брака, искренне поздравил полковника.

– Пошел к черту! – грозно рявкнул Ники.

На следующий день бледный и угрюмый Ники предстал перед отцом в библиотеке.

– Домой ты вернулся на рассвете. Хорошо повеселился на мальчишнике? – спросил князь Михаил подчеркнуто вежливо.

Ники красноречиво пожал плечами и не проронил ни слова.

– Долго я тебя не задержу: тебе нужно набраться сил перед предстоящим праздником. Однако кое что я все таки скажу. Теперь на тебе лежит ответственность и за Алису, и за будущего ребенка. Надеюсь, тебе можно это доверить. Думаю, не нужно говорить о том, что отныне я ожидаю от тебя более серьезного поведения.

Ники молча стоял и смотрел на отца.

– Позволь посоветовать тебе, Николай, – невозмутимо продолжал князь Михаил, – впредь держаться подальше от Софи. Я человек достаточно широких взглядов и понимаю, что супружеской верности от тебя ожидать трудно, однако позволь тебе напомнить, что репутация у Софи весьма сомнительная, и, общаясь с ней, ты будешь ставить в неловкое положение Алису.

– Софи не из тех, кто легко смиряется с разрывом, отец.

– Постарайся приложить все усилия. Она бравирует своей порочностью. Лучше выбери кого нибудь попроще, из тех, кто хотя бы на людях прикидывается праведницей.

– Твои наблюдения, похоже, основаны на личном опыте, – заметил удивленный Ники.

– Естественно. – Князь Михаил смотрел сыну прямо в глаза.

Ники, не удержавшись, усмехнулся.

– Черт возьми! Но, отец, ты должен признать, что с ролью искушенной развратницы Софи справляется бесподобно!

– Мне приятно узнать, – сказал князь Михаил спокойно, – что сердце твое она не затронула.

Ники расхохотался.

– Позволь тебе заметить, сердцами Софи не интересуется – ее занимают совсем иные органы.

Князь Михаил, пропустив эту пошлость мимо ушей, вернулся к своим наставлениям.