Потрясенная Джулия только сейчас заметила, что тяжелый вечер отнял у бабушки почти все силы. И теперь Фелисити действительно выглядела на свои семьдесят девять лет.

— Какая кушетка! — воскликнула внучка, подталкивая бабушку к лестнице. — Устраивайся в комнате для гостей в конце холла. В той, которая выходит в сад за домом. Постель уже сделана, все, что надо, ты найдешь в ванной.

Когда она подъехала к больнице, то сразу заметила машину Бена. Но самого Бена Джулия нигде не встретила, даже в приемном покое.

— Ребенок Каррерас? — переспросила сестра, услышав вопрос Джулии. — Он отправлен в Ванкувер в детскую больницу.

— Из-за колик? — От внезапного страха у Джулии перехватило дыхание. — Почему его не посмотрели здесь?

— Поскольку вы не мать, мадам, боюсь, я не могу вам дать другую информацию.

Или она мать? Этот вопрос Джулия ставила перед собой уже который день. И вдруг сегодня ответ потребовался без малейшего промедления.

— Не совсем так, — сказала Джулия. — Это ребенок моего мужа.., а я.., мачеха.

Мачеха! У Джулии дрогнул голос. Какой холодный, бесчувственный образ маячит рядом с крохотным беспомощным мальчиком!

— Что ж, если так… — Сестра взяла папку. Живот очень вздут. Наши медики подозревают, что ему нужна операция. Они не взялись, у нас нет необходимого оборудования. Поэтому ребенка, отправили в детскую больницу. — Вертолетом.

С ним отец. Они улетели с полчаса назад.

— Но зачем вертолет? Ведь на машине дорога займет меньше часа! Это так серьезно?

— Он очень маленький, миссис Каррерас. — Сестра сочувственно посмотрела на нее. — Мы не могли рисковать. Любое промедление может быть опасно для его жизни.

— О боже! — Джулия прикрыла ладонью рот, чтобы подавить неожиданно вырвавшееся рыдание. Все слезы, которые она пролила в последнюю неделю, — ничтожная капля по сравнению с отчаянием и горем, ошеломившими ее теперь.

— Простите, миссис Каррерас, я не собиралась пугать вас. В детской больнице он будет окружен заботой. Постарайтесь не беспокоиться. — Сестра обошла стол и обняла Джулию за плечи. — Я сама мать и знаю: легко раздавать подобные советы, но почти невозможно им следовать.

— Я должна поехать к нему, — прошептала Джулия. Что происходит с ней и с Беном? Почему каждый шаг вперед оборачивается для них двумя шагами назад… И почему малыш должен попасть в эпицентр устроенного ими безобразия?

Глава 8

Джулия нашла Бена в комнате ожидания хирургического отделения. Он сидел в углу кушетки. Голова опущена. Руки зажаты между копенями. И такое было отчаяние в его позе, что у нее заныло сердце.

— Бен? — Она тронула его за плечо. — Есть какие-нибудь новости?

— Нет.

— Врачи сказали, долго ли?..

— Нет.

— Когда они взяли его в операционную?

— Час назад… Сорок минут. — Он пожал плечами. — Я не смотрел на часы.

— Они знают, что с ним?

— Догадываются.

— И могут помочь? — Ей так хотелось обнять его. Но он замкнулся в своем личном несчастье.

Джулия села рядом на кушетку и попросила: Бен, пожалуйста, расскажи мне. Не отталкивай меня.

Он поднял голову и долго смотрел на нее.