Изменить размер шрифта - +

     Жанна без сил лежала на спине, вытянув руки, и, глядя в пространство, мучительно думала. Ей вспоминались слова Розали, которые ранили ей

душу и, точно бурав, впивались в сердце: "Я смолчала, потому что очень он мне приглянулся".
     Ей он тоже приглянулся; и только из-за этого она отдалась ему, связала себя на всю жизнь, отрезала пути всем другим надеждам, всем

возможностям, всему тому неизвестному, чем богат завтрашний день. Она ринулась в этот брак, в эту бездонную пропасть, и вот очнулась в таком

горе, в такой тоске, в таком отчаянии, и все потому, что он приглянулся и ей, как Розали!
     Дверь распахнулась от яростного толчка. Появился взбешенный Жюльен Он встретил на лестнице всхлипывающую Розали, понял, что тут против него

строят козни, что горничная, вероятно, проболталась, и пришел узнать. Но при виде священника он остановился как вкопанный Дрожащим голосом, но с

виду спокойно, он спросил:
     - Что это? Что тут такое?
     Барон, только что пылавший гневом, не смел ничего сказать из страха, что зять приведет доводы кюре и тоже сошлется на его собственный

пример. У маменьки слезы потекли сильнее. Но Жанна приподнялась на локтях и, задыхаясь, смотрела на того, кто причинил ей столько страданий.
     Она заговорила прерывистым голосом:
     - А то, что мы теперь все знаем, нам известны все ваши гнусности... с тех пор, с того дня... как вы вошли в этот дом... и что у горничной

ребенок от вас, как... как у меня, они будут братья...
     При этой мысли горе захлестнуло ее, и она упала на подушки, исступленно рыдая.
     Он стоял огорошенный и не знал, что делать, что сказать Тут опять вмешался кюре:
     - Ну, ну, не надо так убиваться, милая дамочка, будьте умницей.
     Он поднялся, подошел к кровати и положил свою теплую руку на лоб отчаявшейся женщины. И эта простая ласка удивительным образом смягчила ее:

она сразу ощутила какую-то истому, словно эта сильная крестьянская рука, привыкшая отпускать грехи, вселять бодрость своим касанием, принесла ей

таинственное умиротворение.
     Толстяк, все так же стоя возле нее, произнес?
     - Сударыня, надо всегда прощать. Большое горе постигло вас, но господь, в милосердии своем, вознаградил вас за него великим счастьем

материнства Ребенок будет вам утешением. И во имя его я умоляю, я заклинаю вас простить господину Жюльену его проступок. Ведь это новые узы,

связующие вас, это залог его верности в дальнейшем. Как можете вы сердцем жить розно с тем, чье дитя носите во чреве?
     Она не отвечала, она была сломлена, истерзана, измучена вконец, не находила сил даже для гнева и обиды. Нервы ее совсем сдали, как будто их

незаметно подсекли, и жизнь еле теплилась в ней.
     Баронесса, решительно не умевшая помнить зло и не способная на длительное душевное напряжение, шепнула ей:
     - Полно, Жанна.
     Тогда кюре подвел молодого человека к постели и вложил его руку в руку жены.
     При этом он прикрыл обе их руки своею, как бы соединяя их навеки, и, отбросив официальный нравоучительный тон, заметил с довольным видом:
     - Ну, дело сделано; поверьте мне, так будет лучше.

Глава 8

     Розали покинула дом, а Жанна дотягивала срок своей мучительной беременности. В душе она не ощущала радости материнства, слишком много горя

обрушилось на нее.
Быстрый переход