|
- Посмотрите на эту несчастную семью, - обратилась к нам нищенка. - Вот уже три дня у меня нет для них ни крошки хлеба. Вы очень богатый человек, так будьте же милостивы и помогите несчастным обездоленным детям. Я вас не знаю, сударь, но, может, вы знакомы с господином Сен-Фоном? - Да, - скромно ответил министр. - Так вот, перед вами его рук дело! Он приказал засадить моего мужа в тюрьму; он лишил нас той малости, что у нас была, и вот в таких условиях мы живем почти целый год. Самым главным в этой сцене, друзья мои, тем, чем я вправе гордиться, была ее абсолютная подлинность: я заранее, с большим трудом, разыскала этих несчастных жертв несправедливости и алчности Сен-Фона, а теперь представила их ему во плоти, чтобы снова пробудить в нем порочность. - Ах, негодяй! - воскликнул министр, пристально глядя на жалкую женщину. - Да, я хорошо знаком с ним, клянусь Богом, и вы также с ним познакомитесь: он перед вами... Знаешь, Жюльетта, ты прекрасно устроила эту встречу, у меня просто нет слов... Ну и на что ты жалуешься? Я отправил твоего мужа в тюрьму, а он ни в чем не виновен? Это правда. Но это еще не все: твоего мужа больше не существует. До сегодняшнего дня ты от меня скрывалась, а теперь отправишься вслед за ним. - Что мы вам сделали, господин? - То, что жили со мной по соседству и имели маленькое поместье,' которое не захотели продать мне. Но теперь оно мое: я вас разорил и завладел им. И вот ты просишь у меня милостыню. Неужели ты считаешь, что я огорчусь, если ты сдохнешь с голоду? - Но ради этих бедных детей... - Во Франции таких слишком много - около десяти миллионов, и прополоть сад божий - значит оказать обществу большую услугу, - он, прищурившись, посмотрел на детей, пнул ногой сначала одного, потом другого. - Впрочем, не такой уж плохой материал. Зачем ему пропадать зря? При этом член его отвердел невероятно от всего увиденного; содомит нагнулся, схватил за плечи мальчика и с ходу овладел им; следующей стала девочка, и с ней было проделано то же самое. Потом он возбужденно закричал: - А ты, старая стерва, покажи-ка мне свой сморщенный зад, я хочу увидеть твои дряхлые ягодицы, чтобы кончить! Старая женщина зарыдала еще сильнее и стала отбиваться, так что мне пришлось помочь Сен-Фону. Осыпав жалкое тело грязной бранью и ударами, распутник вонзил в него свой инструмент, и все время, пока насиловал мать, он яростно пинал ногами ее отпрысков, буквально втаптывая их в грязную солому, а в момент кульминации одновременно с семенем разрядил свой пистолет в ее голову. И мы удалились из этого прибежища несчастий, волоча за собой четырнадцатилетнюю девочку, чьи ягодицы только что жадно целовал Сен-Фон во время всей этой процедуры. - Итак, сударь, - сказала я, когда мы шли дальше, - с этого момента поместье этой семьи полностью принадлежит вам, и вы можете делать с ним, что хотите. |
