|
- И для этой женщины, несчастного предмета утех жестокого супруга, вы меня предназначаете, сударь? - спросила Жюстина. - Разумеется; говорят, это очень добропорядочная дама. Правда, я ее не знаю, но слышал, что она честная и чувствительная женщина, которая нуждается, чтобы рядом был кто-нибудь, похожий на нее - кроткое существо, которое будет ее утешать. Мне кажется, Жюстина, это, как нельзя лучше, отвечает вашим принципам. - Согласна, но утешая эту женщину, не навлеку ли я на себя гнев ее мужа? - Не стану ли добычей жестоких страстей злодея, о котором вы сейчас говорили? - Вот это премило! - рассмеялся Брессак. - Разве в этом доме вы не подвергались такой же опасности? - Только против моей воли. - Хорошо, у моего дяди вы будете служить добровольно: в этом вся разница. - О сударь, я вижу, что ваш ум остался злодейским и не утратил своего коварства, но вы знаете мой характер, сударь, и понимаете, что я не могу мириться с подобными вещами. Если Д'Эстерваль бросает свой дом и не нуждается больше в моих услугах, я буду вам очень обязана обоим, если вы соблаговолите дать мне свободу... тем более, что у вас совсем нет прав отбирать ее. - Что касается прав, заметил Д'Эстерваль, - разве мы не сильнее? А известно ли тебе, Жюстина, более священное право, чем право силы? - Я категорически против свободы, - сказал Брессак. - Мне поручено привезти дяде нужную и симпатичную девушку, я не знаю никого лучше Жюстины в этом смысле и надеюсь, она будет рада связать судьбу с мадам де Жернанд. Она идеально подходит для этого места, и даже если иногда ей придется испытывать на себе жестокие страсти ее мужа, я умоляю ее не отказываться. Напрасно возражала Жюстина - в конце концов она подчинилась. Компания отправилась в путь. Половину дороги они проехали верхом, в первом же городке взяли четырехместную карету и без приключений прибыли к господину де Жернанду, чей великолепный замок уединенно стоял посреди большого парка, окруженного высокой стеной, на границе между Лионнэ и Франш-Конте. Несмотря на огромные размеры этого жилища, они увидели лишь несколько безмолвных слуг, да и то в кухонных помещениях, расположенных в подвалах, в самой сердцевине здания - все остальное было таким же безлюдным, как окружающий пейзаж. Они нашли хозяина в глубине просторного и роскошно обставленного зала: граф сидел, завернувшись в халат из индийского шелка, на широкой оттоманке в небрежной позе. Возле него находились два совсем молоденьких мальчика, столь необычно одетых, завитых с таким искусством, что их можно было спутать с девочками; оба были прелестны, лет пятнадцати-шестнадцати от силы, но у них был такой расслабленный и отрешенный вид, что вошедшие сочли их больными {Причину такого истощения мы скоро объясним. |
