— Да, да, пожалуй, — подхватила Барбара.

Она согласно кивнула, но Гарри уловил оттенок неохоты в ее голосе.

— Было бы хорошо. — Гарри повернулся к Сэнди. — А ты сам чем сейчас занимаешься? В тот раз так и не сказал.

Форсайт широко улыбнулся:

— О, я запустил пальцы сразу в несколько пирогов.

— Сэнди поднялся, — улыбнулся Гарри Барбаре.

— Да, поднялся.

Казалось, ей было скучно это обсуждать. Гарри обрадовался: если она ничего не знает, то и сказать ей будет нечего.

— Я сейчас в основном занимаюсь проектами, которые поддерживает правительство, — пояснил Сэнди. — Добычей полезных ископаемых. Все пока очень неясно, идут изыскательские работы. Хотя их тоже нужно организовать.

— Горное дело? — уточнил Гарри.

Наверняка речь о золоте. Кажется, ему повезло. Сердце застучало.

«Осторожно, не нужно спешить», — подумал он.

— Помню, в школе ты хотел стать палеонтологом. Открывать тайны земли — так ты говорил.

— О, теперь я занимаюсь не динозаврами, — рассмеялся Сэнди.

Звякнул дверной звонок.

— Простите, я должен встретить Себастьяна и Дженни.

Он вышел. Барбара немного помолчала, потом неуверенно улыбнулась:

— Приятно снова вас увидеть.

— И вас. Красивый дом.

— Да. Можно сказать, я встала на ноги. — Барбара замолчала и вдруг быстро спросила: — Как по-вашему, Франко вступит в войну?

— Никто не знает. Слухи ходят разные. Если это произойдет, то внезапно.

Сэнди ввел в гостиную хорошо одетую пару, и они прервали разговор. Мужчине было за тридцать, невысокий, худощавый, этакий южный красавец в испанском стиле, одет в форму Фаланги — темно-синюю рубашку. Женщина выглядела моложе, тоже весьма привлекательная, со светлыми волосами и мягким округлым лицом, на котором было весьма высокомерное выражение.

— Гарри, позволь представить тебе Себастьяна де Саласа, моего коллегу, — сказал Сэнди по-испански. — Себастьян, это Гарри Бретт.

Испанец пожал руку Гарри:

— Очень рад, сеньор. В Мадриде совсем мало англичан. — Он повернулся к своей спутнице. — Дженни редко удается пообщаться с соотечественниками.

— Привет всем! — воскликнула Дженни.

Голос женщины прозвенел как хрусталь, взгляд был твердый, оценивающий. Она повернулась к Барбаре с холодной вежливой улыбкой:

— Привет, Бабс, милое платье.

— Хочешь вина? — Тон Барбары был в равной мере холодным.

— Я бы предпочла джин с тоником. Весь день проторчала в гольф-клубе.

— Пойдемте, — бодро произнес Сэнди, обращаясь ко всем, — дадим ногам отдых.

Они расселись по удобным креслам.

— Чем вы занимаетесь, Гарри? — живо спросила Дженни.

— Я переводчик в посольстве.

— Встречались с кем-нибудь интересным?

— Только с младшим министром.

— Дженни из Хонов, — сказал Сэнди. — Себастьян тоже аристократ.

— Не слишком знатный, — смущенно рассмеялся испанец. — У нас маленький замок в Эстремадуре, но он разрушается.

— Не сносите его, Себастьян, — сказала Дженни.