В столовой были накрыты холодные закуски. Все наполнили себе тарелки и сели за дубовый стол. Сэнди откупорил новую бутылку вина. Дженни принесла с собой джин.

— Сэнди, нужно было пригласить какую-нибудь сеньориту для сеньора Бретта, — сказал де Салас.

— Да, Сэнди, у нас не хватает одного человека, — согласилась Дженни. — Форма нарушена.

— Не было времени.

— Ничего, — вмешался Гарри, — я познакомлюсь со множеством сеньорит в четверг. Меня ждет первый испанский прием.

— И где же? — спросил Себастьян.

— В доме генерала Маэстре. Его дочери исполняется восемнадцать.

Де Салас взглянул на Гарри с новым интересом:

— Маэстре?

— Да. Я переводил на его встрече с одним нашим дипломатом.

— Нет, Себастьян, сегодня никаких разговоров о делах! — вдруг резко оборвал их Сэнди.

Де Салас кивнул и повернулся к Барбаре:

— А как ваши планы работать с сиротами, сеньора? Маркиза помогла?

— Да, спасибо. Она собирается как-то все устроить.

— Прекрасно. Вас радует, что вы снова будете медсестрой?

— Мне хочется быть полезной. Я чувствую, что это мой долг, правда.

— Дженни — медсестра, как и Барбара, — сказал де Салас Гарри. — Я познакомился с ней во время войны, когда она пришла помочь.

— Что? — Дженни подняла голову, лицо у нее раскраснелось, и Гарри понял, что она пьяна. — Я не расслышала. Почему я как Барбара?

— Я говорил, что ты была медсестрой.

— О да! Да! — Она засмеялась. — Хотя я не настоящая медсестра. Никогда этому не училась. Но как только пришла, меня сразу поставили помогать в операционной. После битвы при Хараме. Хорошо, что я не брезглива.

Барбара склонилась над тарелкой. Сэнди заботливо взглянул на нее и сказал:

— Гарри, попробуй это отличное красное. Пришлось выложить за него уйму денег. Просто жуть!

— Надеюсь, у посольства есть свои каналы снабжения. — Де Салас улыбнулся Гарри.

— Мы получаем пайки. Они неплохие.

Себастьян кивнул:

— Правда, что в Англии сейчас трудности? Продукты по карточкам?

— Да. Но всем хватает.

— Вот как? Здесь пишут другое. — Испанец подался вперед, искренне заинтересованный. — Но скажите, пожалуйста, почему вы все еще воюете? Вы проиграли во Франции, разве не лучше сдаться?

Гарри не готов был оставить это без ответа. Он взглянул на Барбару.

— Так думают все испанцы, — сказала она.

— Гитлер предложил вам мир, — наседал Себастьян. — В Испании столько погибших. Мне хотелось бы, чтобы смертоубийство в Европе прекратилось.

— В его словах есть смысл, — подался вперед Сэнди. — Лучше бы Англия сдалась, пока ей предлагают хорошие условия. Это не отсутствие патриотизма с моей стороны, Гарри, я просто хочу, чтобы моя страна соблюдала свои интересы. Я не был дома почти четыре года, и иногда с расстояния ситуация видится яснее. К тому же Англия не может победить.

— Люди настроены решительно.

— Защищать демократию? — Де Салас печально улыбнулся.

— Да.

— Предположим, Гитлер позволит нам сохранить демократию, — принялся рассуждать Сэнди. — В обмен на выход из войны.