— Сеньор Луис, прежде чем начнем обсуждать наше дело, я хотела бы кое о чем вас спросить.

— Конечно.

— В прошлый раз вы сказали, что уволились из армии весной.

— Это верно, да. — Он выглядел озадаченным.

— Но, кроме того, вы сказали, что провели там две зимы. Как такое возможно, если Куэнка была в руках красных до сдачи в прошлом году?

Луис тяжело сглотнул, потом на его лице появилась печальная улыбка.

— Сеньора, я сказал, что провел две зимы на Месете, а не в Куэнке. В первую зиму я был в другой ее части, служил в Теруэле. Вам знакомо это название?

— Да, конечно.

Там произошло одно из самых жестоких сражений той войны. Барбара пыталась вспомнить, какие именно слова сказал тогда Луис.

— От Теруэля до Куэнки больше ста километров, но это все та же Месета. Высоко и холодно. Во время сражения людей с обморожениями приходилось выносить из траншей, чтобы им ампутировали ступни. — Теперь он говорил почти злобно.

— Я понимаю, — тяжело вздохнула Барбара.

— Вы испугались, что я вас обманываю? — прямо спросил Луис.

— Мне нужна уверенность, сеньор Луис. Я сильно рискую. Нужна уверенность во всем.

Он медленно кивнул:

— Хорошо. Я понимаю. Да, это правильно, что вы осторожны. — Луис развел руками. — Спрашивайте меня обо всем в любой момент.

— Спасибо.

Она закурила еще одну сигарету.

— В выходные я съездил в Куэнку, — сказал Луис, — как и обещал.

Барбара кивнула и снова посмотрела ему в глаза, но ничего в них не прочла.

— Я остановился в городе, и Августин пришел ко мне. Он подтвердил, что в лагере находится заключенный по имени Бернард Пайпер. Он там с самого начала.

Барбара опустила голову, чтобы Луис не заметил, какое воздействие оказало на нее упоминание имени Берни. Нужно сохранять спокойствие. По своей работе с беженцами она знала, как отчаянно люди цепляются за малейшую надежду.

Подняв глаза, Барбара твердо взглянула на Луиса:

— Вы понимаете, сеньор, мне нужны доказательства. Пусть ваш брат расскажет о нем больше. Какие-то вещи, которые я не сообщала ни вам, ни Маркби, которых вы не можете знать. Не то, что у него светлые волосы, например, — это видно по фотографии.

Луис откинулся на спинку стула и выпятил губы.

— Это не безосновательное требование, — добавила Барбара. — Тысячи членов интербригад погибли на войне, вы знаете, как мало было шансов выжить. Мне нужны доказательства для дальнейших шагов.

— А я беден и могу все выдумать. Да, сеньора, это не безосновательно. В таком мире мы живем. — Луис на мгновение задумался. — Значит, мне нужно выспросить у Августина все подробности об этом человеке и передать их вам?

— Да.

— Вы говорили с сеньором Маркби?

— Нет.

Она пыталась, но его все не было.

Луис подался вперед. Теперь он выглядел напряженным, тер лоб рукой.

— Я снова поеду в Куэнку к брату, хотя нельзя частить, могут возникнуть подозрения. Думаю, я могу сказать, что нашей матери стало хуже. Она нездорова. — Луис поднял взгляд. — Но время не ждет, сеньора Клэр. Если хотите, чтобы мы что-то сделали. Знаете, какие ходят слухи. Если Испания вступит в войну, вам придется уехать. Вашего бригадира, если он был коммунистом, могут выдать немцам. Так было во Франции.

Это правда, однако Барбара подумала, уж не пытается ли Луис запугать ее, чтобы поторопить?

— Чтобы вы что-то сделали, то есть… — Барбара понизила голос.