Сколь дрожало народу

В черепашьих стенах,

в паучьих сетях

Ржавых решеток –

сколь душ не знало броду

В огне приговоров,

в пожизненных слезах…

Рисуй ее, рисуй.

Королев здесь казнили.

Здесь тыкали пикою в бока королям.

Рисуй! Время гонит нас.

Спина твоя в мыле.

Настанет час – поклонимся

снежным полям.

Наступит день – под ветром,

визжащим пилою,

Падем на колени

пред Зимней Звездой…

Рисуй Консьержери. Все уходит в былое.

Рисуй, пока счастливый, пока молодой.

Пока мы вдвоем

летаем в Париже

Русскими чайками,

чьи в краске крыла,

Пока в кабачках

мы друг в друга дышим

Сладостью и солью

смеха и тепла,

Пока мы целуемся

ежеминутно,

Кормя французят любовью – задарма,

Пока нас не ждет на Родине беспутной

Копотная,

птичья,

чугунная тюрьма.

СВЕЧИ В НОТР ДАМ

Чужие, большие и белые свечи,

Чужая соборная тьма.

…Какие вы белые, будто бы плечи

Красавиц, сошедших с ума.

Вы бьете в лицо мне. Под дых. В подбородок.

Клеймите вы щеки и лоб

Сезонки, поденки из сонма уродок,

Что выродил русский сугроб.

Царю Артаксерксу я не повинилась.

Давиду царю – не сдалась.

И царь Соломон, чьей женою блазнилось

Мне стать, – не втоптал меня в грязь.

Меня не убили с детьми бедной Риццы.

И то не меня, не меня

Волок Самарянин от Волги до Ниццы,

В рот тыча горбушку огня.

Расстрельная ночь не ночнее родильных;

Зачатье – в Зачатьевском; смерть –

У Фрола и Лавра. Парижей могильных

Уймись, краснотелая медь.

Католики в лбы двоеперстье втыкают.

Чесночный храпит гугенот.

Мне птицы по четкам снегов нагадают,

Когда мое счастье пройдет.

По четкам горчайших березовых почек,

По четкам собачьих когтей…

О свечи! Из чрева не выпущу дочек,

И зрю в облаках сыновей.

Вы белые, жирные, сладкие свечи,

Вы медом и салом, смолой,

Вы солодом, сливками, солью – далече –

От Сахарно Снежной, Святой,

Великой земли, где великие звезды –

Мальками в полярной бадье.

О свечи, пылайте, как граф Калиостро,

Прожегший до дна бытие.

Прожгите живот мой в порезах и шрамах,

Омойте сполохами грудь.

Стою в Нотр Дам. Я бродяжка, не дама.

На жемчуга связку – взглянуть

На светлой картине – поверх моей бедной,

Шальной и седой головы:

Родильное ложе, таз яркий и медный,

Кувшин, полотенце, волхвы

На корточках, на четвереньках смеются,

Суют в пеленах червячку –

Златые орехи,

сребряные блюдца,

Из рюмочек пьют коньячку…

И низка жемчужная, снежная низка –

На шее родильницы – хлесь

Меня по зрачкам!

…Лупоглазая киска,

Все счастие – ныне и здесь.

Все счастие – ныне, вовеки и присно,

В трещанье лучинок Нотр Дам.

…Дай Сына мне, дай

в угасающей жизни –

И я Тебе душу отдам.

БАРЖА С КАРТОШКОЙ.