– Принцип меньшего зла?

– Он самый.

– Я сделаю это, если не найду другого выхода.

– Ты умный мальчик. – Алия прильнула к Олегу и обвила своими тонкими руками его шею.

– Ты же замужняя женщина! – усмехнулся Олег.

– Не имеет значения. У меня нет долга перед кем‑либо из мужчин. Расслабься. Олег провел рукой по ее щеке:

– Как будет угодно уважаемой гостье.

Алия сдержала свое обещание. Наутро Олег проснулся здоровым и бодрым. За это он был благодарен не только целительной Силе Алии, но и ее женской ласке, которая, как известно, врачует любые раны.

Когда он пришел на работу, шеф был немало удивлен. Олег улыбался и по всем внешним признакам чувствовал себя превосходно. Однако внутри него с неумолимой быстротой тикал незримый таймер. Оставался всего лишь месяц до принятия решения, и, если он не найдет другого выхода, кроме как убить Машу Мечом, в силу вступит принцип меньшего зла.

Круг земной. Халиф

Город утопал в прохладных, убаюкивающих сумерках. Опустела шумная базарная площадь. Торговцы, воры, попрошайки и сборщики налогов – все уже давно отправились спать. Откричал слепой муэдзин, призывая правоверных на вечерний намаз. Город затих, лишь где‑то в глубине кривых, пыльных улочек слышались звуки колотушки ночной стражи.

Халиф шел по утопающему в пышной зелени саду. Его парчовый халат, расшитый золотыми нитями, чуть заметно колыхался от легкого ветерка. Халиф смотрел на ветви деревьев. Словно руки танцовщиц, они переплелись в еле заметном движении. Крупные звезды алмазами сверкали меж ветвей. Новорожденный месяц робко выплыл из‑за тучи и встал на куполе небесной мечети.

Тропинка вывела его к фонтану. Струящаяся вода шептала что‑то на непонятном языке. Воздух пропитался ароматом роз. Хрупкие лепестки были подобны нежной коже гурий, ожидающих правоверного в раю. Халиф остановился у фонтана и стал ждать. Шум воды пробуждал в нем далекие воспоминания. Ему очень хотелось остаться здесь, в тени деревьев, и уснуть. Он протер слипающиеся глаза и стал всматриваться в сумерки.

Али появился незаметно. Никогда, за всю свою долгую жизнь, халифу не удавалось уловить это мгновение. Возможно, поэтому Али уже на протяжении многих лет был начальником дворцовой стражи.

– Мой господин? – Али, как всегда, спокоен.

Халиф был уверен, что, если даже небесный свод обрушится на землю, Али будет говорить так же невозмутимо.

– Слушаю тебя!

– Мой господин, – Али склонился в глубоком поклоне, – нам надо спешить. Осталось совсем немного времени. Все готово: лошади навьючены, верные вам люди ждут ваших распоряжений.

– Али! – Начальнику дворцовой стражи показалось, что голос повелителя дрогнул. Но он тут же отогнал эту крамольную мысль. – Ты верно служил мне на протяжении многих лет. – Халиф жестом остановил очередной поклон. – На все воля Аллаха. Мы не в силах противостоять нашей судьбе. – Но, мой господин...

– Слишком поздно... Слишком поздно для меня. Али молчал, опустив голову.

– Но ты еще можешь спасти наследника. Если на то будет воля Аллаха, то когда‑нибудь...

– Я все сделаю, господин. – Впервые в жизни Али перебил своего повелителя – и даже не заметил этого.

– Вот, передашь сыну, когда он станет взрослым. – Перстень с огромным рубином легко соскользнул с пальца. – Теперь прощай!

Впервые халиф обнял своего верного слугу. Обнял быстро и холодно. А затем, не оборачиваясь, пошел по тропинке к дворцу.