Олег поднял глаза и встретился с ослепительной белозубой улыбкой из металлокерамики.

– Достопочтенная пожелает откушать в доме друга? – Олег продолжал соблюдать восточный этикет.

– Я неголодна. Но не откажусь от бокала белого вина.

– Как будет угодно достопочтенной.

– Прекратим глупые формальности. Мы не при дворе султана. Да и ты нынче не посол Багдада.

– Ладно. Тогда давай на кухню. У тебя проблемы?

– Проблемы у тебя, и нечего препираться.

– Как ты узнала?

– А телефон тебе случайно не оборвали? От тебя зависит, будем ли мы вообще в ближайшее время существовать, а по Москве от твоей квартиры расходится такая аура...

– Это мои проблемы.

– Но касаются они всех.

Они выпили по бокалу вина. Больше Алия не захотела. А Олега от одного вкуса алкоголя мутило. Они прошли в комнату Олега.

– Мило ты здесь устроился, – похвалила гостья.

– За многие годы я впервые считаю это своим домом.

– Похвально. Я всегда ценила в мужчинах не только отвагу, но и желание обрести свой дом.

– Ты же знаешь, что это невозможно осуществить навсегда.

– Ничто не бывает вечно. Расскажи, что с тобой случилось.

– Если честно, то не очень хочется.

– Расскажи. – Алия подсела поближе и погладила Олега по плечу.

– Ладно. – Олег поморщился.

Он рассказывал коротко и сжато, избегая лишних подробностей. Алия периодически хмурила длинные черные брови, покусывала нижнюю губку.

– И это все?

– Все.

– Странно. На тебе нет следа влюбленности.

– А я разве способен кого‑то полюбить?

– Все способны, не спорь. Ты говоришь о странном жжении в теле. Это мне больше всего не нравится. Закрой глаза.

Олег послушно закрыл. Алия стала медленно водить ладонями вокруг тела Олега.

– Я чувствую Бездну. Прикосновение Бездны. Очень сильное.

– Может быть, ты путаешь с Мечом. Он тоже сделан из нее.

– Нет. В том‑то и дело. Тебя касалась Бездна, многократно и с умыслом. Она что‑то вкладывала в свои прикосновения. Верь мне. Не забывай, что я Первая и Серая. Лучшего лекаря ты в этом мире не найдешь.

– Да, она обнимала меня.

– Не в этом дело. В ней есть нечто враждебное, злое.

– Так она сама порождение Бездны.

– Не знаю. В этом я не уверена. Она затронула твои чувства, твое самолюбие, поэтому ты оказался слеп и не увидел то, что должен был видеть.

– А что я должен был видеть?

– Не знаю. Я в этом бессильна.

– Что ты посоветуешь предпринять?

– Если так будет продолжаться и дальше, то ты можешь сильно ослабнуть перед Битвой. Это нечто как‑то связано с тобой и этими прикосновениями. Нужно устранить источник.

– Убить ее? – Олег встал и прошелся по ком нате. (

– Да. Скорее всего, так тебе и нужно поступить. Причем убить не физически, а именно Мечом.

Перед Олегом на мгновение всплыл образ Маши. Не той, которая кривлялась в истерическом смехе, а прежней. Улыбки... Темная спальня... Полутемный зал задрипанного ДК, где она хлопает в такт его танцу... Шумный зал метро и их слившиеся в объятиях тела.

– Не могу, – прошептал Олег. – Для нее это будет конец.

– Если ты не сделаешь это, конец наступит для всех нас.

– Мне нужно время...

– Понимаю.

– Ты можешь на какой‑то срок заморозить процесс?

– Да, это в моих силах. Месяц, не больше.