– Если боги победят?..

– Не знаю, Эльрик. – Финрой покачал головой. – Не знаю. Если они уничтожат оборотней, может статься, у них и получится подчинить Кристалл. Одна сторона вместо двух – это тоже относительное спокойствие и мир. Но может статься, что, погубив оборотней, боги погубят и себя тоже. Одна сторона – это нарушение Закона.

– Какого?

– Просто Закона. Общего для всех. Нет ничего в мире, что имело бы только одну плоскость. Не вспоминай, пожалуйста, про геометрию. Я говорю о жизни, а не о математических теориях, понимаешь?

– То есть, став этой самой “одной плоскостью”, боги могут погибнуть?

– Их могут уничтожить.

– Кто?

Финрой хмуро глянул на небо сквозь прозрачный потолок:

– Не знаю, парень. Не знаю. Минимальные шансы, которые ты признаешь, это пятьдесят на пятьдесят, верно? Ну так твои полсотни у тебя есть.

– М‑да. – Эльрик вздохнул. И тоже уставился в небо. – А вы как же?

– Кто?

– Ну, вы и Вэйше.

– А нас это не коснется. – Финрой улыбнулся. – Мы ведь нездешние. Мы вообще нигдешние. Или всехние. Это уж как угодно. В твоем мире меня знают под разными именами, так же как Вэйше, которую вы зовете Дэйлэ, эльфы – Двуликой, а люди еще сотней имен.

– Что здесь за мир такой непонятный? – нахмурился Эльрик. – Мне кажется иногда, что он весь состоит из одного острова.

– А он такой и есть. Не мир это, в сущности, а так, карман, пришитый к тому, большому, миру, из которого вас сюда выдергивали. Стакан с водой, но в стакане том разыгрывается буря. И не исключено, что буря прокатится и по большому миру тоже. Не знаю. Я не предсказатель. Вэйше может будущее видеть, но недалеко, и только отдельные моменты. Она уже сказала тебе, чтобы ты избегал женщин?

Эльрик пожал плечами:

– Что‑то в этом роде... Меня сотто еще раньше предупреждали.

– Да. Малыши многое знают, но мало что могут понять. Ну как, есть еще вопросы? Шефанго покачал головой.

– Тогда бери свою женщину, пока Вэйше не убедила ее остаться, и пойдем. Чего откладывать‑то? Благо не придется нам ваш путь повторять. У богов все‑таки свои способы путешествовать.

8. ДОЖДЬ

Оборачивались. Бросали работу. Стягивались в центр. По крайней мере, в этом лагерь Сорхе не изменился – все новости по‑прежнему оглашались на утоптанной площадке для построений. Кто‑то маленький несся со стороны поселка. Гоблин? Точно, он.

Подбежал, остановился, запыхавшись:

– Мать‑перемать! – смерил взглядом не Финроя, который задумчиво обозревал лагерь. – Эльрика. – Что с тобой случилось? Была такая милая девочка!

– Именно что “была”. Финрой, это Гоблин.

– К вашим услугам. – Гоблин поклонился. – Но на бога вы не похожи ни вот настолечко. – Он отмерил самый краешек когтя.

Финрой пожал плечами:

– Уж какой есть.

– А где... – Гоблин еще раз оглядел Эльрика. Легенду. – Все погибли, так? Шефанго молча кивнул.

– Стаф со Скифом тоже. Ну что, пойдемте. Богиня, я полагаю, будет с минуты на минуту. А ты, Легенда, видимо, станешь здесь новым командиром. Надеюсь, что ненадолго.

– Да? – Эльфийка подняла бровь. – Ну, спасибо.

– Да я не к тому. – Гоблин махнул рукой. – Раз уж Финрой здесь – значит, все скоро закончится. Так или иначе.

– Закончится, – кивнул бог.