— Только потому, что я сумею позаботиться о том, что принадлежит нам по праву рождения. Я позабочусь о маме. Она никогда ни в чем не будет нуждаться...

— Мэри, Бога ради, маме не нужна твоя благотворительность. Неужели ты этого не понимаешь? Поставь себя на ее место. Как бы ты себя чувствовала, если бы твой супруг предпочел тебе дочь?

— Я бы не стала отрекаться от дочери из-за того, что сделал мой муж! — вскричала Мэри.

Ее сердце разрывалось от боли при воспоминании о том, как мать отворачивалась к стене всякий раз, когда она входила к ней в комнату.

Майлз выставил руки ладонями вперед.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, и мне действительно очень жаль.

— Мне не помешало бы немного материнской и братской любви. Я ужасно скучаю по папе...

— Я знаю, — сказал Майлз и на мгновение смягчился, — но все это не имеет прямого отношения к тому, ради чего я пригласил тебя сюда. А теперь я хочу, чтобы ты меня выслушала, прежде чем вскочишь с кресла и пошлешь меня к дьяволу. На твоем месте я бы не стал так поступать. Понятно?

Многозначительный взгляд Майлза напомнил ей о том, что пока именно он является доверительным собственником Сомерсета. В течение следующих пяти лет она и плантация будут в его власти.

Когда Мэри неохотно кивнула, Майлз откинулся на спинку старинного кресла и вновь принял позу наставника.

— Я намерен отправить тебя в пансион благородных девиц. В Атланте есть такой, и он прекрасно тебе подойдет. У меня еще осталось немного денег, которые завещал мне дедушка Томас, их хватит на год.

Мэри, онемев от негодования, уставилась на брата. Он собирался отправить ее подальше от плантации...

— Пансион называется Беллингтон-холл, — невозмутимо продолжал Майлз, которого нимало не тронуло отчаяние, написанное на лице сестры. — В свое время его окончила Беатриса Уорик. Может, ты помнишь, Перси упоминал об этом, когда рассказывал о своей гостье, Люси Джентри. Тебе следовало встретиться с ней, поскольку она станет твоей соседкой по комнате.

От ужаса Мэри окончательно лишилась дара речи.

— Ты уедешь через три недели. Я распоряжусь, чтобы Сасси приготовила твои вещи.

Внутри у Мэри все горело, словно в животе бушевал лесной пожар.

— Майлз, пожалуйста, я должна остаться здесь, чтобы помочь Лео управиться с плантацией. Чем быстрее я всему научусь, тем лучше. Я не смогу сделать этого, находясь вдали от Хоубаткера. А с мамой мы что-нибудь придумаем.

— Единственное, что ты можешь придумать дельного, - дать мне разрешение на продажу плантации. — Майлз погрозил ей пальцем, увидев, как Мэри схватилась за ручки кресла, явно собираясь дать ему отпор. — Поскольку ты еще несовершеннолетняя, я могу сделать это от твоего имени. Разумеется, я не намерен идти наперекор твоим желаниям, о чем папа прекрасно знал.

Мэри все-таки вскочила на ноги. Кровь шумела у нее в ушах.

— Я решительно отказываюсь давать тебе такое разрешение!

— Я прекрасно знаю об этом, сестренка. Значит... ты поедешь в Беллингтон-холл.

— Ты не можешь так поступить со мной.

— Могу и поступлю.

Мэри уставилась на брата, словно у того вдруг выросли рога. Майлз не может так жестоко с ней обойтись.

— Это ведь Перси подкинул тебе идею насчет продажи плантации, верно? А Беллингтон-холл тоже он предложил?

Уголки губ Майлза дрогнули.

— Ты полагаешь, я не способен сам позаботиться о своей семье? Перси не предлагал ничего подобного. А теперь сядь немедленно.

Mэри попятилась к креслу.

— Ты совершаешь огромную ошибку...

— Я уже все решил, Мэри. В данный момент меня больше всего заботит мама, а не ты.