— Можешь мне поверить, это не так.

— Как ты думаешь, он по-прежнему тешит себя надеждой?

— До тех пор пока Олли не увидит кольцо у тебя на пальце, в глубине души он будет надеяться, что у него есть шанс.

— Давай подождем до середины августа, а потом можешь купить мне обручальное кольцо, — сказала Мэри.

Глава 25

Подходила к концу вторая неделя августа.

— В понедельник на рассвете, — сообщила Мэри своим арендаторам в субботу, перед началом сбора хлопка. — Завтра хорошенько отдохните. В понедельник мы начнем с юга и пойдем на восток. Во вторник - с запада на север. Будьте готовы выехать в своих повозках в четыре тридцать утра.

В воскресенье после обеда Мэри слишком нервничала, чтобы играть в бридж, и дважды объявляла больше взяток, чем позволяли ее карты.

— Надеюсь, это не дурное предзнаменование, — заметил Олли.

— Что ты имеешь в виду? — взвилась Мэри, и ее голос прозвучал, как удар хлыста, отчего все удивленно повернулись к ней.

— Я всего лишь имел в виду результат игры, — пояснил Олли с милой улыбкой. — А ты, должно быть, решила, что я говорю об урожае. С моей стороны это было большой глупостью - сказать нечто подобное именно сегодня вечером. Я уверен, что в Сомерсете у тебя все в полном порядке. Предсказываю, что в следующее воскресенье в это же время ты будешь самой счастливой женщиной в округе.

— Давайте выпьем за это, — предложил Чарльз, быстро наполняя их бокалы шампанским, доставленным из винного погреба ДюМонтов.

Сухой закон для тех, кто голосовал за него, - таково было общее мнение. По обыкновению Мэри отказалась, но поднесла к губам бокал с водой.

— За нашу королеву хлопка, — сказал Чарльз. — Пусть она царствует и здравствует!

— Ура! — хором ответили присутствующие и сдвинули бокалы.

Под предлогом того, что завтра нужно встать пораньше, Мэри, не дожидаясь назначенного часа, отправила гостей по домам, в том числе и Перси, который обычно возвращался после того, как все расходились.

— Я нервничаю, как кошка в комнате, где полно кресел-качалок, — объяснила ему Мэри так, чтобы не слышали остальные, и он молча сжал ее руку в знак того, что все понимает.

Мэри разбудила странная неподвижность, разлитая повсюду. Сев на кровати, девушка прислушалась, втягивая ноздрями воздух. Откинув в сторону простыни, она распахнула французские окна, выходившие на веранду.

— О нет!— выдохнула Мэри, содрогнувшись от ужаса.

Далеко на востоке, в той стороне, где лежал Сомерсет, ночное небо полосовали ослепительные зигзаги молний. В воздухе ощущался запах дождя, и издалека доносились приглушенные раскаты грома. Мэри вновь принюхалась. В неподвижном воздухе висела пыль. «О Боже, нет! Только не это. Только не со мной. Пусть этого не случится. Папа, дедушка Томас, - помогите мне!»

Мэри метнулась обратно в комнату, задержавшись на мгновение лишь для того, чтобы зашнуровать сапожки и схватить халат, после чего устремилась вниз по лестнице.

Она оседлала Шони и вскочила ему на спину, вонзив жеребцу в бока каблуки сапог и посылая его галопом по спящей улице на дорогу, ведущую к плантации.

— Давай, милый, давай! — понукала Мэри старенького коня, зарываясь в его развевающуюся гриву.

Постепенно туман у нее в голове рассеивался. Арендаторы знают, что делать. Она дала каждой семье точные указания, как себя вести, если пойдет дождь. «Да, мэм, мисс Мэри, мы все выйдем на поля с мешками и начнем собирать хлопок так быстро, как только сможем. А когда пойдет дождь, мы бегом понесем мешки к повозкам и укроемся под навесом».

Хоуги уже встал и подгонял свое семейство. Слава Богу, оба его взрослых сына были дома: один пришел в отпуск из армии, а второй искал работу, и сейчас они стояли наготове, перебросив мешки для хлопка через плечо.