Немного отдохнув, они вернулись к пещере, и Марко вытащил первую сумку с брусками золота. Когда до поверхности воды оставалось чуть более четырех метров, до них донеслись звуки взрыва, а вслед за ними явственно послышался шум мотора. Еще десять минут, и Трент, наконец, выплыл на поверхность. На свет его фонарика к ним устремился "Зодиак".

***

Первый надрез на руке Ричарда был просто царапиной, зато второй – глубокий и болезненный – был опасен. Как только они прибыли на "Золотую девушку", Трент сделал Рику обезболивающий укол и зашил глубокую рану, но было ясно, что без хирургического вмешательства не обойтись. Пока Аурия перевязывала Ричарду руку и накладывала жгут, Трент помогал Пепито и Марко перенести последнюю партию золота с "Зодиака" в рундуки кубрика.

Аурия принесла им суп. Перекусив, Трент быстро спустился в кают-компанию и, засунув руку за заднюю стенку радиопередатчика, нащупал там датчик.

Большая туча, надвигавшаяся со стороны Старого Багамского пролива, уже дошла до них, начал накрапывать дождь. Они погрузили новый подвесной мотор на корму "Золотой девушки". Марко пошел на нос, чтобы поднять малый кливер, а Трент вновь спрыгнул в лодку, собрал в бухту канат, затем разрезал ножом якорный буй "Зодиака", засунул туда датчик и, отрезав канат, бросил буй за борт.

Вернувшись в кубрик, он приказал Пепито поднять грот, а Марко – выбрать якорь. С поднятыми парусами катамаран медленно повернулся носом в открытое море.

– Ставь кливер! – закричал Трент. Пепито спустился в кубрик и стал лебедкой подтягивать шкот.

Марко присоединился к ним, когда катамаран огибал песчаную косу, тянувшуюся от одного из островков.

– Ближайшая больница находится на Кубе, – сказал Трент. Пепито, все еще изображающий темного мексиканского крестьянина, промолчал. Марко на мгновение замешкался, а потом принялся помогать Тренту травить шкоты. Трент переложил руль и направил судно к кубинскому берегу.

Когда они подходили к берегу, тучи заволокли все небо, закрыв луну и звезды, дождь усилился. Стало совсем темно. Маяки, стоявшие у входа в небольшой рыболовецкий порт, были почти не видны.

– Вызови берег по радио, – обратился Трент к Марко. – Скажи им, что нам нужна машина "скорой помощи".

Когда до берега оставалось около мили, Трент спустился в кают-компанию. Аурия сидела, опершись локтями на стол, и держала чашку кофе обеими руками, будто заставляя себя не трогать Рика, который лежал на скамье рядом. Ей хотелось растормошить его, а приходилось сдерживать себя и молча ждать.

– Долго еще? – спросила она.

– Десять минут…

***

Кубинский сторожевой катер шел, покачиваясь на волнах, по Старому Багамскому проливу. Адмирал велел дочери идти в капитанскую каюту и ухаживать за матерью. Та лежала на койке, свесив голову над ведром. Последние два часа Родди постоянно следил по прибору за местоположением "Золотой девушки", но прибор неизменно показывал, что катамаран остается на месте – в проливе между двумя островками.

– У них, должно быть, какие-то трудности под водой, – сказал он отцу, когда адмирал в очередной раз спустился в радиорубку.

Радист вдруг замахал рукой, написал что-то в своем блокноте и вручил адмиралу записку.

– Передают на аварийной волне, сэр.