– Передают на аварийной волне, сэр. "Золотая девушка" подошла к берегу на расстояние меньше мили. Запрашивают "скорую помощь".

Адмирал выругался, ткнул пальцем в карту и, повернувшись к капитану, закричал:

– Полный вперед! Мы должны высадиться на берег и перекрыть дорогу!

Глава 26

Маленький городок уютно раскинулся во впадине небольшого полуострова в долине, полого спускающейся от горных цепей к морскому побережью. Протекающая через него река делила городок на две части. Когда-то суда поднимались в город вверх по реке, но в восемнадцатом веке испанцы построили параллельно берегу мол, чтобы защитить устье реки от штормов, которые обрушивались со стороны пролива. Однако шторма вымывали из устья ил и песок. Никто из официальных чинов, разумеется, не пожелал признать строительство мола ошибкой. Со временем гавань превратилась в болото, заросшее илом; жизнь в городке стала замирать, а суда теперь швартовались только на внешней стороне причала, построенного перпендикулярно молу.

Команда "Золотой девушки" стояла на причале под дождем и смотрела, как удаляется машина "скорой помощи", увозя Ричарда в больницу. Вот машина выехала из городка и, перевалив через вершину холма, скрылась из виду. Трент и его товарищи стояли в окружении мужчин и женщин в униформе. Таможенники, иммиграционные власти, полицейские, береговая охрана были вооружены. Аурия хотела сопровождать Ричарда, но местные власти запретили ей ехать. Жители городка, не привыкшие к иностранным туристам, дичились и были очень подозрительны. Один из них сказал, что "Золотая девушка" – первая зашедшая к ним за последние сорок лет яхта.

Мерцающий свет фар подъезжающей к пристани машины пробился через пелену дождя. Это была старая "Лада", хотя, возможно, она была и не так стара, но выглядела неказистой. Местное начальство поспешно расступилось перед вновь прибывшим. В машине находился один-единственный человек. На первый взгляд, в нем не было ничего примечательного: среднего роста, плотный, с несколько отечным лицом, в невзрачном коричневом костюме и полосатой нейлоновой рубашке с оторванной верхней пуговицей; простой красный галстук обмохрился по краям, наверное, его часто завязывали и развязывали. Его темные, усталые, внимательные глаза, казалось, повидали всякое на своем веку. Это был шеф Третьего отдела разведки Фиделя Кастро Эстобан Тур.

Не зная, как себя вести, Трент и Эстобан стояли и смотрели друг на друга. Их лица в бледном свете фонаря казались желтоватыми. Капли дождя падали на облицовочные плиты, морские волны мягко ударялись о сваи причала.

– Махони, – сказал Эстобан. – Вы Патрик Махони.

– Предпочитаю, чтобы меня называли Трентом, – отозвался Трент и почувствовал, как насторожился Пепито, стоявший за ним. Марко, напротив, казался совершенно безразличным. Аурия напряглась, словно охотничья собака на поводке.

– Вы прибыли на Кубу. – Эстобан просто констатировал факт, в его тоне не было даже оттенка удивления. За много лет он привык ничему не удивляться – в том числе даже размаху спекуляций наркотиками и коррумпированности генерала Альвареса – главы Службы личной безопасности Фиделя.

– У меня на борту раненый. Эстобан кивнул в сторону антенны на крыше своего автомобиля:

– Да, мне доложили.

– Мы ныряли с аквалангом на рифах. Парень отвлек акулу своей кровью.

– Отважный молодой человек. Трент вежливо попросил:

– Может быть, будете так добры и разрешите этой девушке поехать с ним в больницу. Она не имеет никакого отношения ко всему этому.

Эстобан подозвал полицейского. Трент повернулся к Аурии. Капли дождя блестели у нее на щеках в желтоватом свете фонаря.