По двору рассыпались цепью, окружая дом, бойцы в камуфляже, в масках, в лёгких бронежилетах. Судя по экипировке и вооружению, это были профессионалы. Они действовали как машины, каждый знал свой манёвр, передвигаясь по двору как призраки, без криков и команд, объясняясь на птичьем языке жестов, что-то показывая на пальцах.

Грохот в подвале не утихал, но выйти на улицу я не мог, это было бы самоубийством. А несколько бойцов в масках уже бежали к подъезду, в котором я стоял. Я заметался, в подвал лезть было бессмысленно, и я бросился вверх по лестнице, выигрывая время хотя бы на принятие решения. Хотя выбора у меня, похоже, не оставалось, только сдаваться, если возьмут после такого побоища, а то могут и пристрелить на месте, потом поди разбирайся.

Я бежал вверх по лестнице и толкал все двери подряд, на каждом этаже. И вот на третьем мне сказочно повезло, я только хотел толкнуть дверь квартиры, как она сама открылась мне навстречу, на пороге стояла молодая женщина, испуганно вытаращившаяся на меня. Я тоже не мог сразу опомниться, но тут внизу в подъезде заскрипела дверь, и я втолкнул женщину обратно в квартиру, из которой она хотела выйти.

— Молчи, сестра, — умоляюще попросил я её, сложив перед собой ладони.

Доставать оружие я не рискнул, женщина могла совсем перепугаться и начать кричать. Мне нужно было немного успокоить её, вывести из шокового состояния.

— Молчи сестра, — просил я её. — Там, внизу, бандиты, они гонятся за мной, да? Ты меня панимаеш?

Я даже с акцентом заговорил, с лёгким таким, с юморным. Всё только для того, чтобы она не закричала. Нельзя быть страшным, пусть лучше смешным.

Она смотрела на меня, и я видел по её глазам, в которых страх не тонул, а кричал из расширенных от перепуга зрачков, что она не верит мне и смертельно, панически боится меня. Я потихоньку, мелкими шагами отодвигал её от дверей в комнаты, и она послушно отступала, прижав руки к горлу, словно удерживая там готовый вырваться крик.

Я огляделся. Мы стояли с ней в большой прихожей, возле вешалки. На ней висело модное длинное мужское пальто. На вешалке сверху висела шляпа.

— Муж дома? — тихо спросил я её, показав глазами на пальто и шляпу.

— Мужа нет, он в командировке, в Петербурге, — с трудом ответила она.

— Пойдём, дорогая, пойдём, сестра, мне надо лицо умыть, руки умыть, видишь, какой грязный, да? Пойдём, полотенце мне дашь, что там ещё? Пойдём…

Женщину надо занять обыденными делами и они тут же начинают делать это механически, у них рефлекс. Она закивала головой, повела меня к ванной, включила свет, пропустила меня вперёд, сняв с вешалки полотенце, протянула мне, указав на раковину, и на полочку с мылом и прочим над ней.

— Вот, пожалуйста…

И затопталась, не зная, как ей быть. Выйти она не решалась, а оставаться в ванной — тоже, стеснялась.

— Не стесняйся, сестра. Посиди вот тут на краешке ванны, только двери закрой на щеколду, мне спокойнее будет. Не бойся, я же не душ принимать буду. И если я тебя в коридоре не тронул, зачем мне в ванной на тебя нападать? Здесь тесно, да?

Она, успокоенная моими словами, сделала всё так, как я просил. Я быстро умылся, оказалось, что у меня сильно рассечена ладонь, как видно, обо что-то пропорол, когда полз в подвале, пришлось перебинтовать, слегка почистил влажной тряпкой брюки, но только развёз грязь. Махнул рукой и вышел вместе с женщиной в коридор. Я стоял и раздумывал, куда идти дальше, и что делать, как снизу по лестнице раздался голос, усиленный мегафоном:

— Граждане жильцы! Предлагаем вам покинуть квартиры! Возможно загорание подъезда! В вашем доме отряд милиции специального назначения проводит операцию по обезвреживанию шайки бандитов! Предлагаем срочно покинуть квартиры, взять самое ценное, двери оставить открытыми, через три минуты начнётся прочёсывание квартир на предмет обнаружения укрывшихся бандитов! Внимание!…

Я похолодел, меня залихорадило.