— Нет, — прошептала Айседора.

— Почему?

Капитан хотел правду, поэтому она ответила честно. На сей раз.

— Я не могу позволить себе увлечься тобой.

Мгновение он раздумывал над её ответом, но решил не развивать тему дальше.

— Проведёшь со мной ночь?

— Нет, — Айседора закрыла глаза и пристроилась рядом с Луканом. — Но я останусь ненадолго.

Она ещё была не готова расстаться с ним, поскольку истосковалась не только по сексу, но также по объятиям и соседству обнажённого тела. И жаждала этих ощущений почти столь же неистово, как мечтала слиться с Луканом телами.

— Ты мне не нравишься, и, уж конечно, я тебя не люблю.

— Я никогда не просил любви. Я хочу от тебя другого.

— Хорошо, потому что я не смогу её тебе дать. — Любовь была самой большой слабостью из всех, и Айседора не собиралась попадать в ту ловушку снова. Никогда. — Я останусь твоей любовницей, пока ты гостишь во дворце или пока не устанешь от меня.

Может быть, получив желаемое, он уже потерял к ней интерес? Она надеялась, что нет, поскольку сама ещё не успела им насытиться.

— Не представляю, как мужчина может устать от твоего присутствия в своей постели, — с этими словами он притянул её к себе и почти мгновенно заснул.

Айседора не сожалела о решении дать Лукану Хену то, что он хочет, и стать его любовницей. Ей не перед кем было отчитываться, и остановить её могла лишь угроза забеременеть. Волшебники Круга предсказали Хену рождение сына через два года. А поскольку ведьмы Файн не рожали сыновей, значит, к тому времени в кровати капитана окажется какая-то другая женщина.

И потом, Айседора подозревала, что не сможет забеременеть без помощи Софи. Её брак с Вилом продлился два года и, несмотря на желание иметь детей и попытки... В то время дар изобилия у Софи ещё не раскрылся, поэтому они с мужем не догадались прибегнуть к помощи магии младшей сестры Файн. Айседора не знала, кто из них с Вилом был бесплоден, но...

Казалось совершенно неправильным вспоминать о Виле, лёжа в объятиях другого мужчины, но Айседора не плакала. Время слёз прошло.

Девочка, которая любила Вильяма, исчезла очень давно. Заменившая её женщина отвергала любовь со всеми сопутствующими той сложностями, но помоги ей Бог, хотела и дальше упиваться наслаждением, даруемым лежащим рядом мужчиной.

Её чувства и желания не имели к любви никакого отношения, не могли иметь. Но для женщины, которой она стала, были правильными. Пока. 

Он ещё ни разу не засыпал рядом с любовницей. Женщины, приходившие к нему для секса, не оставались на ночь.

Но оказалось здорово спросонья увидеть Айседору, прильнувшую спиной к его груди. Приятно и уютно обнимать тёплую, мягкую девушку. Ему понравилось прикасаться к её обнажённой нежной коже и ощущать плавное вздымание груди при вдохе.

Небо за окном едва начало сереть. Наступало утро, а с ним возвращались обязанности, которые привели его сюда: звезда, Эсман и обет Кругу Бэквие.

Но в настоящий момент он не думал ни об одной из своих обязанностей.

Лукан отвёл в сторону волосы Айседоры и поцеловал сзади в шею. Она, не просыпаясь, изогнулась. Он неторопливо начал целовать шелковистую спину, спускаясь всё ниже, и по сбившемуся дыханию и качнувшимся к нему ягодицам уловил момент, когда Айседора очнулась ото сна.

— Ты не спишь? — прошептал он.

— Сплю, — её голос звучал сонно и удовлетворённо.

— Жаль, — он продолжил целовать спину, пока не добрался до красивой, аккуратной попки. — Иначе мы занялись бы другими вещами.

— Какими? — немного бодрее спросила она.

Он обхватил рукой красивое, голое тело Айседоры и скользнул пальцами между её ног, одновременно пускаясь губами в обратный путь вверх по спине, покрывая порхающими поцелуями.