Выслушав её, женщина что-то спросила. В ответ Рашель всё также быстро затараторила, но вскоре собеседница оборвала её и начала задавать другой вопрос, а затем вдруг умолкла и повернула голову в сторону, как будто кто-то позвал её.

    -  Attends une seconde, [11] - произнесла она, и почти сразу её изображение на экране исчезло, уступив место мужчине лет пятидесяти. На его погонах было по две звезды.

    -  Oncle Claude! - радостно воскликнула Рашель, и тут уж не требовалось никакого знания языка, чтобы сопоставить французское «oncle» с английским «uncle» - «дядя».

    Затем последовала пауза в несколько секунд - пока возглас девочки со скоростью света доходил до «дяди Клода» и пока к нам возвращался его ответ.

    -  Salut, Rachel, ma petite, [12] - сказал мужчина, после чего довольно внятно, как для моего уха, выразился в том смысле, что очень рад видеть её живой-здоровой, но все разговоры будут потом, а сейчас пусть она соединит его с командиром корабля.

    Рашель тотчас переключила связь на мой капитанский пульт. Увидев меня на своём экране, мужчина с трудом удержался от изумлённого восклицания - его явно поразило моё внешнее сходство с Жофреем Лебланом. Но потом он взял себя в руки и официально представился:

    -  Вице-адмирал Клод Бриссо, заместитель начальника центра оперативного командования отдельного специального корпуса заградительных станций в составе Первого Флота Освобождения. - По-английски он говорил очень даже прилично, хотя и не так чисто, как Рашель. - Я слышал всё, что рассказывала моя племянница, капитан Матусевич. Комплименты и слова благодарности отложим до лучших времён, а пока немедленно стартуйте и кратчайшим путём уходите из дром-зоны. Все координаты ваш компьютер уже получил. Полагаю, ускорения в пятьдесят единиц будет достаточно.

    -  Выполняю, - коротко ответил я, произвёл в течение полуминуты все необходимые манёвры и, сориентировав корабль в нужном направлении, запустил главный ходовой двигатель.

    -  Удовлетворительно, - произнёс вице-адмирал Бриссо, сверившись с данными на своём тактическом дисплее. - Весьма удовлетворительно. Вы действительно выбрали кратчайший путь. Через тридцать семь минут вы покинете пределы дром-зоны.

    -  Можно увеличить ускорение, - предложил я. - Хоть и до ста единиц. Мы уже проверяли - гравикомпенсаторы работают без сбоев, а все повреждения, причинённые вирусной программой, полностью устранены.

    Опять длительная пауза, обусловленная расстоянием, затем ответ:

    -  Всё равно ни к чему перерасходовать топливо. Вы и на половинной мощности успеете вовремя уйти из опасной зоны. Восемь минут назад было объявлено начало часового отсчёта. Так что в запасе у вас остаётся ещё четырнадцать минут.

    Я хотел было спросить, о каком часовом отсчёте идёт речь, но потом и сам сообразил, что именно должно произойти через пятьдесят две минуты. Это было очевидно, без этого вторжение не имело бы успеха.

    -  Кстати, сэр, - произнёс я. - Судя по вашей реакции, вы уже давно знали о вирусе.

    Снова пауза. Наконец он сдержанно кивнул:

    -  Совершенно верно, капитан. Этот вирус внедрил в нашу сеть один агент-пятидесятник. К сожалению, мы не сумели его сразу обнаружить, и в результате потерпели катастрофу четыре наших корабля.