Но Шанкар ничего не сказал. Он просто смотрел на Индию жадным взглядом и молчал. Молчали также и Агаттияр с Ритой.

    Что же касается меня, то я не питал отдельной привязанности к какой-то одной части планеты - слишком уж много кровей перемешалось в моих жилах. По одной из линий мои предки были из Центральной Европы, по другой - из Северной Америки и Британии, а предки матери моего отца как раз происходили из Индии. Я одинаково сильно любил всю Землю - от Северного полюса до Южного. И испытывал боль при мысли, что сейчас на ней хозяйничают чужаки…

    Лайф Сигурдсон с нетерпением ждал появления Скандинавии, Рашель с Анн-Мари Прэнтан и Мелиссой Гарибальди - Франции, и только Арчибальд Ортега, который, как и я, был родом с Полуденных, полностью разделял мои чувства, равномерно распределённые по всей планете.

    Впрочем, восторженно Арчибальд смотрел не только на Землю. Время от времени он украдкой бросал аналогичного содержания взгляды на Анн-Мари, а она отвечала ему благосклонными улыбками. Похоже, между ними намечался служебный роман. Если считать и меня с Ритой, то на нашем корабле было уже две парочки - многовато для такого небольшого экипажа. Но, с другой стороны, меня это радовало. В последние дни Ортега перестал смотреть на меня волком из-за Риты, и между нами наконец воцарились мир и дружба…

    И всё-таки Шанкар не удержался. Правда, на этот раз он выразился немного иначе:

    -  Доживу ли я до того дня, когда смогу войти в священные воды Ганга?…

    Вице-адмирал Клод Бриссо, который сопровождал нас в этой экскурсии по станции, отрывисто кивнул:

    -  Доживёте, сэр, не беспокойтесь. Мы всё-таки заставим этих мартышек освободить Землю. И очень скоро.

    -  Каким образом? - сразу поинтересовался Агаттияр. - Ведь вашу угрозу они не восприняли всерьёз.

    -  Следующую воспримут, - уверенно ответил дядя Рашели. - Вот дождёмся окончательного освобождения всех систем, предъявим им доказательства того, насколько мы сильны, а на десерт кое-что сообщим. Кое-что такое, от чего они сразу подожмут свои хвосты и дадут с Земли дёру.

    -  И что же именно? - не уступал профессор.

    Вице-адмирал замялся:

    -  Пока это тайна. Большая тайна.

    Рашель дёрнула его за рукав:

    -  Ну, дядя, расскажи! Пожалуйста.

    Бриссо обвёл нас всех задумчивым взглядом и остановился на Анн-Мари. Та сказала:

    -  Мне известна эта тайна, вице-адмирал. Разумеется, неофициально, но из вполне надёжных источников.

    Клод Бриссо покачал головой:

    -  Да уж, от вас, «эсбешников», ничего не утаишь… Ну ладно, так тому и быть, - сказал он, обращаясь прежде всего к Шанкару. - Вы полномочные представители наших союзников, так что… В общем, это новейшее бактериологическое оружие.

    -  Ого!.. - Лицо Агаттияра вытянулось. - Вы осмелитесь применить такую гадость? Заразить ею всю планету? А ведь последствия могут быть ещё почище ядерной бомбардировки.

    -  Только не в этом случае. Данные бактерии - результат многолетней работы наших ведущих биологов. Они были выведены ещё четверть века назад и с тех пор прошли надёжное тестирование. Они действуют крайне избирательно, только на организм габбаров, для всех других форм жизни, включая человека и даже близких родичей габбаров - земных горилл, они совершенно безвредны. Зато сами габбары мрут от них как мухи.