-  Однако ты должен признать, что люди в гораздо большей мере подвержены ксенофобии, чем другие расы. Вот, например…

    -  Мистер Раман! - решительно перебил его Шанкар. - Делаю вам последнее предупреждение. Прошу в дальнейшем не отклоняться от темы разбирательства. Вы обвиняетесь в покушении на членов экипажа и попытке захвата корабля. Задавайте вопросы по существу дела.

    -  Ну что ж, по существу так по существу. Что ты собирался делать с кораблём, Стас?

    -  Лететь на нём.

    -  Да, это понятно. А куда лететь?

    -  На Терру-Галлию.

    -  Чтобы присоединиться к этим безумцам, которые мечтают уничтожить всех Иных?

    -  Чтобы присоединиться к людям, которые борются за свою свободу и независимость, которые отстаивают своё естественное право жить в космосе, среди звёзд. - Я сделал короткую паузу. - Ты больной человек, Ахмад. У тебя комплекс ложной вины. Просто удивительно, как наши психиатры этого не обнаружили.

    Ахмад опять ухмыльнулся:

    -  А ты, значит, здоровый? Ты не страдаешь никакими комплексами? Легко могу доказать обратное. Могу доказать, что ты, как и большинство людей, подвержен патологической ксенофобии. Ты помнишь такую себе юную особу по имени Вайолет?

    -  Вопрос отклоняется, - чересчур уж поспешно проговорил Шанкар. - Он не относится к делу.

    -  Как это не относится? - возразил Ахмад. - Ещё как относится! Ведь Вайолет принадлежала к расе нереев. То бишь, пятидесятников.

    С неожиданной для своего возраста силой Шанкар грохнул кулаком по столу.

    -  Допрос свидетеля закончен. Вы свободны, капитан Матусевич. Можете покинуть зал заседаний.

    В повторном приглашении я не нуждался, тотчас вскочил со стула и торопливо вышел из столовой. Оказавшись в коридоре, я бросился к ближайшей туалетной комнате и едва успел склониться над раковиной умывальника, как меня вырвало. Потом ещё раз, и ещё - пока мой желудок совсем не опустел.

    Тем не менее, позывы к рвоте не прекращались. Я открыл висящую над умывальником аптечку и принялся лихорадочно рыться в ней. Мои поиски осложнялись ещё и тем, что все надписи были сделаны по-французски, а этот язык, хоть и имел много общего с моим родным английским, всё же отличался от него. Но наконец я нашёл упаковку, где под крупным и совершенно непонятным мне фирменным названием более мелкими буквами было написано «antiémétique». Понадеявшись, что это соответствует английскому «antiemetic», [5] я вытряхнул на ладонь две маленькие круглые капсулы и немедленно отправил их в рот.

    От взаимодействия со слюной капсулы тотчас растворились, обдав ротовую полость и гортань приятной свежестью. Дышать мне стало легче, а через считанные секунды конвульсии в животе прекратились. Похоже, я выбрал правильное лекарство.

    На всякий случай я отыскал в аптечке успокоительное и съел одну таблетку. Затем прополоскал рот, умылся, поправил перед зеркалом растрёпанные волосы и, убедившись, что мой мундир не пострадал, вышел в коридор.

    Там я лицом к лицу столкнулся с Ритой.

    -  Как ты, Стас? - взволнованно спросила она. - С тобой всё в порядке?

    -  Нет, не в порядке, - честно признался я. - Но ничего, выживу.

    -  Ты очень бледен. И вообще скверно выглядишь. Я могу дать тебе…

    -  Я уже сам взял.