-  Вот что, мистер Матусевич, - твёрдо произнёс Агаттияр. - Вам следует пойти к себе и хорошенько выспаться. - Решительным жестом он отмёл мои возможные возражения. - Вы испытали сильный шок, капитан. В своём нынешнем состоянии вы не способны командовать кораблём и принимать взвешенные решения. До выхода из канала осталось двенадцать часов. За это время вы должны справиться со своей истерикой.

    -  У меня нет никакой истерики, - неуверенно сказал я.

    -  Есть! То, что вы сейчас переживаете, самая что ни на есть настоящая истерика. Просто вы прячете её внутри себя. А это ещё хуже, чем если бы вы психовали и метались от стены к стене. - Агаттияр повернул своё кресло к пульту. - Ступайте, капитан. Я подежурю вместо вас. Повторяю: у вас двенадцать часов, чтобы прийти в норму. А Рита, если понадобится, окажет вам помощь.

    Как здравомыслящий и рассудительный человек, я не мог не признать резонность доводов профессора. Ещё немного помявшись ради проформы, я в конце концов уступил, передал ему вахту и отправился в свою каюту. Там я первым делом забрался в горячую ванну и провёл в ней добрых полчаса, тщательно смывая с себя воображаемую грязь. Умом я прекрасно понимал, что эта грязь существует лишь в моих мыслях и воспоминаниях более чем трёхлетней давности, однако с достойным лучшего применения усердием раз за разом намыливал себя с головы до ног, пока не устал от этой бессмысленной и однообразной процедуры.

    Тем не менее, горячая вода с паром сделали своё дело, и из ванной я вышел если не взбодрённый, то, по крайней мере, не такой угнетённый и подавленный, как раньше. А в самой каюте меня ожидал маленький сюрприз - рядом с койкой в кресле сидела Рита со своим медицинским кейсом на коленях. Хорошо хоть я после купания накинул на себя халат и не предстал перед девушкой во всей своей наготе.

    Она встретила меня немного смущённой улыбкой:

    -  Я воспользовалась прерогативой судового врача и вошла к тебе без спроса. Извини, пожалуйста. Просто я боялась, что ты не захочешь меня впустить.

    Я опустился на край койки и стал энергично растирать полотенцем волосы - сушилками я принципиально никогда не пользовался.

    -  Ну, а что мешает мне попросить тебя уйти? Или попросту вытолкать в шею, если ты заупрямишься?

    Рита покачала головой:

    -  Это гораздо сложнее, чем сказать через дверь: «Не беспокой меня».

    -  Ты права, - вынужден был согласиться я. - Это действительно сложнее. Но поверь - мне не нужны никакие уколы или пилюли. Обойдусь и без них.

    -  Зато тебе нужно с кем-то поговорить, перед кем-то выговориться. Мой отец и господин Шанкар слишком стары, Рашель ещё ребёнок, а с Арчибальдом у тебя не сложились доверительные отношения. Так что остаюсь только я.

    -  Да, пожалуй… Кстати, что знает об этом Рашель? Никому из вас не взбрело в голову «просветить» её?

    -  Конечно, нет. Мы же не идиоты. Девочка по-прежнему думает, что ты так расстроился из-за мистера Рамана. Она не уловила этого нюанса насчёт Вайолет.

    Я содрогнулся всем телом, а к моему горлу вновь подступил тошнотворный клубок. Риты быстро поставила свой кейс на пол и пересела на койку рядом со мной.

    -  Я понимаю тебя, Стас, - сказала она, взяв меня за руку. - Отчасти понимаю. Ведь я была знакома с Махдевом, и мы… нет, между нами ничего не было - но вполне могло быть. При мысли об этом мне становится плохо. - Девушка зябко поёжилась. - Это чисто физиологическая реакция.