Маленький ракетный взрыв среди них — и люди опустились в опаленной массе. Мэйсон выстрелил вверх из своего собственного пистолета, другие последовали его примеру. Орионцы упали.

— Прекратить стрельбу! — завопил Гарр Аттен в муке предчувствия. — Если мы уничтожим Рилла и его машины, то потеряем все!

Они продолжили бежать. Дверь воздушного шлюза, имеющая кубическую форму лаборатории, уже была взломана людьми Ориона, и теперь они не могли закрыть ее. Гарр, Мэйсон и их последователи ворвались внутрь.

Большая комната была усыпана телами. Люди, которые работали с Риллом Эмрисом, лежали мертвыми. Они были убиты не ракетными пулями, а ножами и металлическими брусками, которые пронесли орионцы в комнату.

— Никакой стрельбы! — снова напомнил Гарр, когда они вошли.

Мэйсон увидел, что в дальнем углу комнаты орионский офицер склонился к Риллу Эмрису, который сидел в углу и не двигался. Мэйсон опустил свой пистолет, и попробовал достичь его, но сразу почувствовал, как лезвие ножа царапнуло по плечу, как горячее железо. В комнате, в самом центре сверхсовременной науки галактики боролись самым примитивным оружием, потому что ни преступники, ни орионцы не смели рисковать разрушением механизмов вокруг них.

Мэйсон бросил взгляд на Гарра и увидел, как металлический брусок опустился ему на голову со стороны. Офицер уходил с Риллом Эмрисом, проталкиваясь через схватку, отдавая приказы своим людям. Без своего лидера преступники заколебались.

Мэйсон поднял свой пистолет. Он был единственным человеком, который не боялся поразить машины вокруг, и кто страстно хотел разрушить машины прежде, чем они порвут галактику надвое. Он начал стрелять.

Посланные им крошечные ракеты затанцевали смертельными звездами среди орионцев. Люди, одетые в форму, были неспособны выстоять, поскольку им запретили отвечать оружием, поэтому сломленные они побежали за дверь. Мэйсон двинулся за ними, но орионцы подняли руки, чтобы сдаться.

— Свяжите и отведите их на корабль, — приказал Мэйсон людям Гарра.

— Там передадите их Хокси.

Он зашел в лабораторию и сначала согнулся возле Гарра Аттена. Череп гидранца состоял из твердых костей, иначе сейчас он был бы мертв. Но Гарр находился без сознания, и Мэйсон понял, что понадобится некоторое время, чтобы он пришел в себя.

Он двинулся к Риллу Эмрису, который находился в сознании, и проводил его неподвижным, пристальным взглядом. У него имелась глубокая ножевая рана в груди, и эту рану орионский офицер пробовал перевязать, когда началась борьба.

— Когда они вошли и убили моих людей, — прошептал Рилл Мэйсону, — я стал сопротивляться. Они не хотели убивать меня, но так уж вышло. Мэйсон понял, что с такой раной Рилл Эмрис не сможет выжить. Он подумал, что ученый преднамеренно искал смерть, как решение его проблемы.

— Гарр мертв? — прошептал ученый.

— Нет, — ответил Мэйсон. — Он получил тяжелый удар, но будет в порядке.

— Он был моим другом, — произнес Рилл Эмрис. — А я принес ему только беспокойство. Теперь он возьмет, и будет использовать построенный мною механизм, и, в конце концов, это принесет ему и всем остальным в галактике разрушение и бедствие.

Мэйсон согнулся ниже.

— Послушай, Рилл, ты не должен волноваться об этом. Я собираюсь приложить все усилия, чтобы разрушить эту установку. Я агент Земли, и Империя Земли тоже не хочет эту вещь.

Надежда вспыхнула как умирающее пламя в пристальном, замутненном взгляде Рилла Эмриса.

— Если Вы сделаете это, то предотвратите ужасное наследство для людей! Если тайна умрет со мной, и если установка будет полностью унич…

Он прервался, и затем добавил:

— Нет, Вы не сможете разрушить это совсем.