— Мне нужна твоя помощь, Микель… у меня никого больше нет, — хрипло прошептала Анна Стина потрескавшимися губами.

Часть третья. Кладбищенские огни

Сиротка я, одна в миру,

Зимой куда мне деться?

И если нынче я помру,

Ничье не дрогнет сердце.

Анна Мария Леннгрен, 1794

Весна 1794

1

Запоздалое приданое Юхана Кристофера Бликса, кисет с риксдалерами, что вручил ей когда-то пальт Микель Кардель, пришлось очень кстати. Когда-то ее звали Анна Стина Кнапп. Когда-то — да, так и звали. Но не теперь. Теперь она Ульрика Ловиса Бликс, и только представьте: эта неопытная молодая женщина, эта Ульрика Ловиса каждый рундстюкке использовала разумно и с пользой. Трактир «Мартышка» расцвел и стал популярен. Исчезли когда-то служившие столами гнилые бочки, вместо них появились положенные на козлы тщательно подогнанные, оструганные и сплоченные на шипах доски. Получились настоящие, как в дорогих трактирах, столы. И удобные лавки под которыми усталые гости могут вытянуть ноги. Каждый вечер, ровно в десять, с боем часов на башне, в зале появлялись соседские мальчишки и девчонки: мели и драили пол, мыли с мылом столы. В камине весело пылает огонь Чистота, уют — замечательно! Популярность трактир: росла с каждым днем. Когда она впервые рассказала о своих планах человеку, заменившему ей отца, Карлу Тулипану, которого все называли не иначе, как Тюльпан, тот рас плакался от гордости и вновь обретенной надежды. Этот маленький кабачок — все, чего он достиг десятилетиями тяжелого труда и страданий. Кабачок «Мартышка» был частью его самого, а он сам был частью кабачка «Мартышка». Ренессанс «Мартышки» был его собственным ренессансом. Оказывается, чтобы улыбнулась удача, достаточно обратить хаос в порядок. Что и сделала Анна Стина. Как часто мы об этом забываем…

И ведь он сопротивлялся поначалу! Привык экономить на всем. Кассы никогда не хватало. С большим трудом уговорила его Анна Стина купить новый жилет и рубаху — старые он носил годами, и они уже не соответствовали растущему реноме заведения. Новый жилет, новые башмаки. Тюльпан ворчал — дескать, еще сколько лег могли бы и старые послужить — по и без слов было видно, как он рад, как помолодел, как ему наверняка стыдно подгибаться в таких прекрасно сшитых синих панталонах. И ей даже удалось уговорить его выкинуть свой прокисший парик из овечьей шерсти, под которым он годами прятал лысину. Аккуратно подстригла упрямо сопротивляющиеся времени седые космы на висках. Поначалу Тулипану стеснялся. Ему казалось, что все его осуждают, дескать, что за франтовство на старости лет. Но постепенно понял — вовсе нет. Посетители смотрят на него не с осуждением, а с одобрением и завистью — вот, дескать, какой молодец, нашел в себе силы встряхнулся.

И она взялась за хозяйство. Сделала то, на что ее предшественники давно махнули рукой. Доски пола, которые никто не мыл и не скоблил, покрылись многослойной коркой въевшейся грязи. Отхожее место во дворе — бочка уже несколько месяцев переполнена, к тому же дырявая. Вначале нечем было заплатить золотарям, а потом они сами отказывались: предлагаемая плата никак не соответствовала объему и, главное, характеру груда. Тюльпан предложил дождаться зимы; тогда смерзшуюся массу можно вырубить и погрузить на тачку — зимой вонь почти незаметна. Но Анну Стину ничего не смущало — видывала и похуже. Полы отскоблили, отциклевали, прохудившуюся бочку опорожнили, выкинули и заказали бочарам новую, побольше.

Карл Тулипан, как правило, напивался вместе с гостями и по закрытии шел спать. Бухгалтерия, конечно, была в полном запустении.