|
– Взяли Зимний уже или еще не взяли – роли не играет. Ваше правительство, Керенский, вышло в тираж. Помогать ему – это пытаться оживить покойника. Вы обречены. Моя задача – держать фронт и, по возможности, бить противника. Простите, товарищи, мне пора на заседание фронтового комитета.
– Генерал, – говорит Керенский ему в спину. – Вы предали свободную Россию… – Если бы умение красиво говорить могло победить армию, вы, Александр Федорович, были бы великим полководцем… Разрешите откланяться.
Генерал Краснов входит в кабинет Чемерисова. Тот пишет что-то, поднимает на вошедшего взгляд, кивает и продолжает работать. – Владимир Андреевич, разрешите? – Входите, генерал… Слушаю. – Части, которые должны были идти на Петроград, больше суток в вагонах… – Выгружайте эшелоны, Петр Николаевич. – Простите, Владимир Андреевич… Я давал присягу Временному правительству! – Выгружайте эшелоны, генерал Краснов. Временного правительства больше нет. Зимний взят. Министры арестованы. Я вам искренне советую – выгружайтесь и оставайтесь в Острове. Ничего не делать в этой ситуации – самое правильное решение. Поверьте, так будет лучше… – Могу я получить письменное распоряжение? – Нет, не можете. Не занимайтесь глупостями, Петр Николаевич. Забудьте. Краснов выходит из кабинета в растерянности. К нему подходит полковник штаба Попов. – Распорядился? – Слушать не стал. – С утра не в настроении. – Были вести из Петрограда? – Ну, да… Дело политическое, Петр Николаевич. Давайте-ка к Войтинскому сходим. Он все-таки комиссар, меньшевик, интеллигент, большевиков на дух не переносит, с политическими делами – это к нему… – А как же вы? – Меня подменят. Да и по делу зовут меня редко. У меня с Владимиром Андреевичем достаточно сложные отношения. Не сошлись характерами. Пойдемте? – Я на авто… – Не стоит привлекать внимание. Давайте-ка пешочком. Благо, погода позволяет.
Краснов и Попов ждут хозяина, попивая чай. Судя по всему – давно. Войтинский входит, сначала хмурится, а потом расплывается в улыбке. – Рад вас видеть, товарищи! Несмотря на поздний час… Комиссар смотрит на часы. – Господи! Полчетвертого уже! Давно ждете? – С полуночи, – говорит Краснов. – Если кто-то из ваших адъютантов предложит мне еще стакан чаю, я его убью! Простите за поздний визит. Но дело не терпит отлагательств… – Догадываюсь. Проходите в кабинет. В кабинете на столе мягко светит лампа, обстановка похожа на домашнюю. – Слушаю вас… – Только что, – говорит Краснов, – я имел разговор с Главковерхом. Он не позволил мне выдвинуться на помощь Временному правительству. Без письменного распоряжения, но не позволил. Войтинский кивает. – Я не знаю, поставил ли вас в известность Владимир Андреевич, но по нашей информации, а она весьма достоверна, Зимний взят вчера ночью, Временное правительство арестовано вместе с частью штаба округа. Так что Главковерх прав. Помощь правительству несколько запоздала. То, что предлагаете вы, генерал, это, скорее, поход на Петроград, занятый большевиками… – Этим сбродом? – резко произносит Краснов. – Да мы их в порошок сотрем! – Возможно, – осторожно соглашается комиссар. |
