|
Зная значение этого симптома, Пышная Роза поспешила обратить на него внимание общества и воскликнула, заливаясь смехом: — Берегись, Нини: винный прилив очень быстро продвигается! — Когда он окунется в него всей головой, тогда… он потонет! — прибавила Королева Вакханок. — Не отвлекайте меня, о Королева, я размышляю! — отвечал начинавший пьянеть Дюмулен с огромным стаканом пунша, похожим на древнюю чашу, в руках; другой посуды он не признавал в силу ограниченных размеров и презрительно называл наперстком. — Нини размышляет, — заметила Роза. — Внимание, он размышляет! — Размышляет? Значит, он болен, бедняга? — Может, он обдумывает какое-нибудь _шикарное_ антраша? — Какую-нибудь запрещенную анакреонтическую позу? — Да, я размышляю, — важно возразил Дюмулен, — я размышляю в общем и в частности о вине, этом напитке, о котором божественный Боссюэ (когда Дюмулен был пьян, он имел громадный недостаток — цитировать Боссюэ), отличный знаток дела, сказал: «В вине кроются мужество, сила, радость, пыл ума» (*2), — конечно, если имеется ум, — прибавил для пояснения Нини-Мельница. — Твой Боссюэ просто душка! — воскликнула Пышная Роза. — А потом я размышляю, в частности, какое вино было на свадьбе в Кане Галилейской? Красное или белое?.. Вот я и пробую _то и другое… вместе и порознь_… — Это называется исчерпать вопрос до дна! — заметил Голыш. — До дна бутылок по крайней мере! — дополнила Королева Вакханок. — Именно так, ваше королевское величество. И я путем опытов и поисков сделал великое открытие: вино было красное! — То есть оно не было белое! — педантически возразила Роза. — А если я приду к убеждению, что оно не было ни белое, ни красное? — Значит, ты будешь окончательно пьян! — отвечал Голыш. — Супруг Королевы совершенно прав… Вот что значит быть таким ученым… Но все равно; посвятив жизнь изучению этого вопроса, я дойду до конца своей достопочтенной карьеры, придав жажде к выпивке окраску историческую… тео… ло… ги… че… скую и ар… хео… ло… ги… ческую. Передать веселую гримасу и не менее веселый тон, каким Дюмулен произнес и проскандировал это заявление, было бы невозможно; громкий хохот раздался среди слушателей. — Архиолоническая? — сказала Роза. — Что это за зверь такой? Есть ли у него хвост? Умеет ли он плавать? — Оставь, пожалуйста, — прервала её Королева Вакханок, — это все громкие слова; ученые фокусники их очень любят… Это нечто вроде кринолина: раздуто чрезвычайно, а в середине пустота… Наливай-ка, Нини, шампанского. Роза! За здоровье твоего Филемона! За его возвращение! — Выпьем лучше за успех его выдумки, чтобы ему удалось вытянуть деньжат у тупой и скаредной семейки… Шутка-то была придумана неплохая! — Роза!.. Иди сюда… Я готова расцеловать тебя за умную выдумку, — кричал Нини. — Спасибо… А что скажет муж? — Роза, смею тебя уверить… Апостол Павел… слышишь, святой апостол Павел… — Ну, и что же дальше, прекрасный апостол? — Святой Павел категорически утверждал: «женатые должны жить так, как будто не имеют жен». |
