— Ты и сласти ему давала, разве не так?

— Только пакетики с конфетами.

— Ты всегда оставляешь ему подарочки у ворот. Не нуждается он в твоих подарочках.

— Но он всегда их забирает, — улыбаюсь я.

— Ты че, смеешься надо мной?

— И не думаю. Просто хотела сделать ему приятное.

— Ты, блин, просто приманиваешь его. Знаю я вас, гребаных извращенцев, — и, не говоря больше ни слова, она со всего размаху наносит мне удар кулаком в лицо. Я теряю равновесие и падаю возле стены. — Оставь моего сына в покое, педо-сучка.

— Я ничего такого не имела в виду, — кричу я ей, зажимая нос и рот рукой в полной уверенности, что сейчас польется кровь, но вместо этого ощущаю ее в горле и понимаю, что у меня что-то сломано. В висках стучит, и голова просто разламывается на куски.

Что плохого в том, что я дарила ребенку подарки? Никого я не приманивала. С чего бы мне его приманивать? А теперь получается, что я не только лгунья, а еще и извращенка? Подхожу к тренажерному залу вся в слезах. Голова слегка кружится.

Я хочу видеть Кейдена, мне нужна его защита. Но он уже собирается уходить. Останавливаюсь на стоянке и смотрю на часы — еще только четыре, но он очень спешит, стараясь отделаться от какого-то посетителя, который продолжает что-то ему говорить.

Но вот он выходит. На спине — рюкзак. Видно, что он опаздывает. Мне хочется узнать, к чему такая спешка, что он вообще делает, когда он не дома и не на работе. А что, если у него свидание? Например, с той девушкой в купальнике, с которой он флиртовал накануне. Нет, пожалуйста, только не с ней! И лучше вообще ни с кем. Он нужен мне. Я первая его нашла.

Через секунду он уже на мотоцикле. Нажимает на газ и уносится. Но не направо, в сторону нашего дома, а налево.

Мне еще никогда никто не изменял. Мне больно и тошно до чертиков.

Если вам снова станет страшно или заявится тот, кого вы не хотите видеть, позвоните мне. Если меня нет дома, значит, я в тренажерном зале.

Гребаный лжец. Вот теперь у меня вообще никого нет.

Глава восьмая

Разгар летних каникул, восемнадцать лет назад…

В субботу тетя Челле и дядя Стью находят себе подмену в баре и решают, что мы все должны провести целый день на пляже. При каждой возможности Стью и Челле отправляются в Корнуолл, где родился Стюарт и где они познакомились. Айзек, Пэдди и Фой тоже названы в честь разных мест в окрестностях Корнуолла. Сегодня мы отправляемся в местечко под названием Бухта Тревананс, где они раньше не бывали. Нам с Фой разрешили сидеть в багажнике универсала и охранять припасы для пикника. По дороге мы представляем себя похищенными королевами — Шарлоттой и Женевьевой, — которых везут в повозке через пустыню, соединяем наши запястья браслетами, сплетенными из цветов, и распускаем волосы.

Пэдди и Айзек сидят на заднем сиденье и режутся в свои игры. Несмотря на то что оба они в наушниках, до нас периодически доносится громкое «бинг» или «бум».

Приезжаем в бухту и спускаемся по крутой лестнице к берегу. Поначалу все идет так, как бы мне и хотелось. Мы с Фой бегаем к воде, приносим полные ведерки и заполняем ров вокруг нашего огромного песчаного замка. Мы не просто строим его, мы в нем живем. Наши развевающиеся на ветру платья касаются песчаных стен его залов, а в его коридорах эхом отдается наш смех. Мы почти слышим позвякивание бесценных самоцветов наших ожерелий, топот копыт рыцарских коней во дворе замка и звуки горнов, трубящих гимн в честь нашего прибытия.

— Мам, ты должна звать нас нашими новыми именами, — говорит Фой. — Я теперь королева Женевьева, а Алиса — королева Шарлотта.