|
- Это утопия. Гитлер потребует пропуска войск, особенно теперь, после того, как свергнут Цветкович. Он не остановится на полумерах. Я слежу за германской прессой, тон ее чудовищен. - Мы тоже следим за германской прессой. Нам кажется, что все это форма политического давления на ваш кабинет, не более того. Слушая неторопливую речь посла, Симович особенно остро ощущал, как уходит время - сыпучее, словно песок, и такое же неостанавливаемое. <Зачем все это? - вдруг горестно подумал Симович. - Зачем было двадцать седьмое марта, и войска на улицах, и счастливые толпы, и знамена? Неужели только для того, чтобы я пересел из одного кабинета в другой? Неужели я не представлял себе, что все обернется именно так? Неужели я не представлял себе, что Гитлер придет в бешенство? Неужели я думал в ту ночь о себе, а не о стране?> Симовичу вдруг стало жарко, и на висках его, чуть запавших, с желтинкой, как у всех язвенников, выступили капельки пота. Он хрустнул пальцами, и Кэмпбелл чуть прищурился, глядя на его сухие руки. <Но раз случилось, надо что-то делать! Надо делать хоть что-то! Ну, хорошо, я не могу, я не смею сейчас обратиться к Москве, но можно что-то предпринять здесь!> Симович словно бы уговаривал себя, жалел, как ребенка. <Неважно, сколько мне отпущено быть у власти, - четко, словно отбросив все предыдущие сомнения, решил он, - пока я лидер, надо сделать все, чтобы остаться. Не в резиденции - в истории. Работая на себя, я буду работать на историю. А она над нами, она чтит п о с т у п о к, а не болтовню>. - Нам нужны самолеты, танки, орудия, господин посол, - медленно сказал Симович. - Мы получили от ваших военных документы и сейчас изучаем их. - Как долго вы будете рассматривать наши просьбы? - Это зависит не от меня одного. - У нас есть еще один выход, - скрипуче усмехнулся Симович. - Создать коалицию левых сил и объявить отечество в опасности. - Этот французский лозунг, я думаю, вызовет шоковую реакцию в Берлине и весьма одобрительную в Москве. - А в Лондоне? - Я сегодня же снесусь по этому вопросу с правительством его величества... - Меня интересует ваша точка зрения. - Я бы хотел обсудить эту препозицию с моими коллегами, господин премьер-министр. Когда вы советовались с нами накануне переворота, такого рода шаги вами не планировались. - Мы не планировали Ту реакцию Берлина, которую сейчас Риббентроп не скрывает. Мы наивно верили в то, что состав правительства - это наше внутреннее дело. Взглянув на Симовича, Кэмпбелл подумал: <Я бы посоветовал вам не терять голову, генерал, но я не вправе этого делать, пока вы остаетесь премьером. |
