Подолак повернулась к двери и приложила правую ладонь к обведенной красной рамкой чувствительной пластине.

– Потом вы спуститесь вниз и введете в компьютер отпечаток руки, – сказала она. Красная рамка стала зеленой, и дверь с шипением скользнула в сторону. – А до тех пор вас будет впускать внутрь ваш сосед по кабинету или еще кто-нибудь из коллег.

– Что там находится? – спросил Коста, хотя уже догадался об этом сам.

Подолак посмотрела на него, вскинув бровь:

– Ваш ангел, разумеется. Идемте, я покажу вам.

Она вошла внутрь. Коста глубоко вздохнул и двинулся следом.

Обстановка здесь была примерно такая же, как в другая помещениях, которые ему показывала Подолак, хотя сама комната была намного просторнее остальных. Однако расположение приборов и установок значительно отличалось. Вместо привычных рядов столы и аппараты располагались по окружностям, в центре которых находилась цилиндрическая колонна высотой по грудь. В лаборатории было несколько человек – они склонялись над книгами, компьютерами и замысловатыми на вид электронными схемами.

– Кажется, никто не занят ничем важным, – негромко произнесла Подолак, оглядывая комнату. – Идемте.

Приближаясь к колонне, Коста увидел небольшой хрустальный купол, стоявший на ее плоской вершине. Остановившись рядом с ней, Подолак повернулась и с горделивым выражением матери, показывающей своего ребенка, протянула руку в сторону купола:

– Вот он.

Смотреть было особенно не на что: лишь едва видимая искорка, даже при том увеличении, которое создавала сферическая поверхность хрусталя.

– Значит, это и есть ангел, – услышал Коста свой собственный голос.

– Да, это ангел, – подтвердила Подолак. – Как всякий посетитель Института, вы, вероятно, гадаете, можно ли его потрогать. Не стесняйтесь.

Нельзя сказать, что это был приказ… и все же Коста ощутил в ее голосе повелительные интонации. Подолак явно хотела, чтобы он прикоснулся к ангелу, оказался в зоне этого чужеродного влияния…

– Но если не хотите, вас никто не заставляет, – негромко произнесла женщина.

Коста стиснул зубы, преодолевая нерешительность и смиряясь с неизбежным. Вероятнее всего, ближайшие несколько месяцев он проведет в окружении этих существ, и, пожалуй, сейчас было самое подходящее время испытать на себе их влияние. Собравшись с силами, стараясь обострить до предела все свои чувства, он робко протянул ладонь к куполу и прикоснулся к нему.

Ничего. Никаких вспышек эмоций, ни сильных, ни слабых. Ни ощущения чужого присутствия или воздействия, ни неодолимого желания сейчас же признаться в том, что он лазутчик.

Вообще ничего.

Коста отдернул руку и бессильно уронил ее, чувствуя облегчение и разочарование одновременно. Подолак кивнула:

– Да, это обычная реакция. Воздействие ангелов отнюдь не так сильно, как полагает большинство людей.

Коста посмотрел ей в глаза:

– Не в этом ли цель вашего наглядного урока? Чтобы избавить меня от нервозности, вызванной предубеждением?

Кончики ее губ приподнялись в улыбке.

– Да. В сущности, это одна из причин, по которым каждому вновь прибывшему стараются сразу предоставить возможность войти в контакт с ангелом. Мы не подчеркиваем это – люди не любят признаваться в страхах, которые не могут объяснить разумными причинами. Именно поэтому мы включаем посещение этой лаборатории в ознакомительный курс. Надеюсь, вы понимаете, какими соображениями мы руководствуемся.

– С трудом. Гораздо лучше я понимаю страхи новичков.

– Лишь очень немногие сразу ощущают нечто новое, – продолжала Подолак. На ее лбу залегла чуть заметная складка.