– И это ваш единственный ответ? – спросила Чандрис. – Шуточки?

Ханан пожал плечами, его взгляд стал тверже.

– А в чем твой ответ? Предаваться пьянству?

Чандрис свирепо смотрела на Ханана, пытаясь вызвать в себе ненависть к нему. Но под рукавами его рубашки поблескивали тяги корсажа…

Она перевела взгляд на Орнину. Может быть, ей удастся возненавидеть хотя бы ее?

– Хотите знать, почему я считаю вас дураками? Правда, хотите? Так я скажу. Вы оставили меня одну. Здесь, на корабле. Одну.

– Мы доверяем тебе, – негромко произнесла Орнина.

– И совершенно зря! – вспылила Чандрис. – Какие же вы глупцы! Вы ведь знаете, что я – воровка! – Она наклонилась и подняла с пола контейнер с ангелом. – Смотрите! – велела она, швыряя контейнер на стол. – Видите? Это ваш проклятый дурацкий ангел – вот что это такое!

– Вижу, – ответила Орнина. – Я вижу и то, что он по-прежнему здесь.

– В этом нет вашей заслуги, – отрезала Чандрис. – Вы оставили ангела в таком месте, куда любой воришка заглянул бы в первую очередь. Вы даже сигнализацию не поставили! Проклятие! Да ведь я прошла с ним половину пути до конторы Габриэля!

Орнина кивнула.

– А потом принесла обратно.

– Только чтобы высказать все, что о вас думаю, прежде чем уйти! – Чандрис поднялась на ноги; у нее закружилась голова, и она схватилась за стол. – Оставьте меня в покое! – крикнула она, отшатываясь от протянутой руки Ханана. – Мне не нужна ваша помощь! И ничья! – Она двинулась вокруг стола, выругавшись, когда ее колено наткнулось на угол кресла.

– Куда ты? – спросила Орнина.

– А как вы думаете? – парировала Чандрис. – Спасибо за все. И не трудитесь снабжать меня рекомендательными письмами.

Орнина чуть заметно приподняла брови.

– Я вижу, ты не в том настроении, чтобы обращать внимание на подобные мелочи, но в соответствии с правилами, принятыми в реальном мире, человек должен уведомить о своем желании уволиться по крайней мере за неделю.

– Смешная женщина. – Чандрис фыркнула. – Предоставьте шутить Ханану. У него это получается лучше.

– Я не шучу. – Орнина переместилась вбок, преграждая девушке путь. – Если ты действительно хочешь уйти, тебя никто не станет удерживать. Но я хочу сначала услышать это от тебя.

Чандрис удивленно воззрилась на нее. О чем идет речь?

– Вы, ребята, совсем с ума сошли? Я только что пыталась украсть вашего ангела.

– Но не украла, – заметила Орнина. – И это весьма существенно.

– Ничего подобного! – заспорила Чандрис. – Может быть, я попросту поняла, что не смогу его продать. В следующий раз я буду умнее и возьму что-нибудь другое. Я – воровка, будь все оно проклято!

– Нет, – послышался из-за ее спины голос Ханана. – Ты – кошка.

Чандрис рывком повернулась, вновь едва не потеряв равновесие.

– Чего?

– Ты – кошка, – повторил Ханан. – Ты когда-нибудь видела, как кошка убивает мышь? Я имею в виду домашняя кошка, не дикая.

Чандрис хмуро смотрела на него; столь неожиданный поворот умерил ее гнев. Вероятно, это была прелюдия к очередной шуточке, а у нее не было ни малейшего желания выслушивать шуточки Ханана. Но он казался вполне серьезным…

– Как-то раз кошка поймала на моих глазах маленькую крысу, – сказала она.