|
Временами сердце билось, как раненая птица, временами замирало, и приходилось то и дело выравнивать дыхание. Тимуру раньше не было знакомо это странное ощущение опустошенности: ниже солнечного сплетения будто бы ничего не осталось — вынули и выбросили где-то там, рядом с Сергуней. — Подождите, — позвал Мазила, идущий теперь замыкающим. — Откуда здесь варежка? Тимур остановился. В первый момент он решил, что ослышался, и сердито нахмурился: только глюков сейчас не хватало. — Детская, — негромко прокомментировала Леся за спиной. — Кто-то потерял, наверное. — Ага, — подхватил мелкий, — а потом она сама на ветку запрыгнула. Тимур обернулся и подошел к сухому кусту, на котором покачивалась маленькая вязаная рукавичка. Деталь детского гардероба была здесь явно лишней. Мазила протянул руку, хотел дотронуться до варежки, но Ворожцов ловко перехватил его запястье. — Не трогай. Мелкий не стал спорить. Убрал руку и медленно отступил на шаг, не отводя взгляда от рукавички. Она продолжала мерно покачиваться. Темная, с вышитой по центру белой снежинкой, совсем крохотная. И как новая. Будто не посреди дремучей чащи торчит, а на прилавке магазина ждет своего покупателя. Тимур переглянулся с Ворожцовым. — Недавно нацепили, — сказал ботан. — Если б давно висела, запылилась бы. — Игрушки помнишь? — спросил Тимур и почувствовал, как сердце опять забилось скорее. Ворожцов вздрогнул и огляделся, водя ПДА из стороны в сторону. — Какие игрушки? — спросил Мазила. — Забей, — отмахнулся Тимур, заставляя себя не думать о том, кто мог обидеться за разбитый им детский телефон. — Видели кое-что, когда на разведку ходили. — Чисто, — вздохнул Ворожцов, переставая вертеться. — Если здесь кто-то и проходил до нас, то давно. Или он очень хорошо заметает следы. — Следопыт нашелся, — буркнул Тимур. — Может, этот кто-то правее или левее пролез, вон тут какой бурелом — не заметишь. — И что ты предлагаешь? — с вызовом спросил Ворожцов. — Дальше идти, — сердито сказал Тимур, отодвигая его в сторону. — И под ноги глядеть. Так и не притронувшись к вязаной рукавичке, они двинулись дальше. Чтобы не сбиваться с выбранного направления, приходилось продираться через коряги, кусты и высокую траву. Местами заросли были настолько густые, что на каждую сотню метров тратили минут по десять, а то и больше. Солнце спряталось за сизой дымкой облаков, стало прохладнее. Через час ПДА Ворожцова мелко завибрировал и стал тикать. Тимур остановился и крепче сжал рукоять обреза, вглядываясь в просвет между деревьями. — Что там? Ворожцов быстро поводил пальцем по экрану и передернул плечами. — Радиация. — Больше ничего? — А этого мало? Тимур исподлобья посмотрел на Ворожцова. |
