– Ради всего святого, Лизи! Что заставило вас это сделать?

– Я не хотела ему повредить! Я никогда не сделала бы ничего во вред Эву!

– Как же вы можете так говорить после того, как отравили его апельсиновый сок?

Губы ее дрогнули.

– Я была совершенно уверена, что он Высший. Я думала, что он справится. Я была совершенно уверена, что он сможет справиться. Раф такого плохого о нем мнения, и я надеялась доказать ему, что Эв – один из нас.

Билл, как ни старался, не сумел смягчить резкость ответа.

– Из кого это «из нас»? Из тех, кто в грош не ставит жизнь другого человека? Не думаю, чтобы профессор Сандерс принадлежал к таковым.

Лизл уронила голову на руки.

– Уилл, пожалуйста, мне нужна ваша помощь. Я думала, вы поймете.

– Пойму? Лизл, я не знаю, пойму ли когда‑нибудь то, что вы сделали. Но я вам помогу. Ради Сандерса и ради вас. Потому что я все еще в вас верю. И потому, что это, надеюсь, откроет вам глаза на тот бред, которым напичкал вас Раф. Высшие! – Даже звук этого слова оставлял кислый привкус во рту. – Вся эта теория морально и интеллектуально несостоятельна. Так же, как сам Раф.

Лизл уставилась на него.

– Нет. Не надо так говорить. Он замечательный. Он...

– Это из‑за него вы сейчас так несчастны и жалки, это из‑за него исчез Сандерс. Связь с этим парнем – худшее, что могло с вами случиться во всей вашей жизни.

– Он совсем не плохой. С ним я впервые сама себе нравилась.

– И сейчас тоже нравитесь?

Она смотрела в сторону, не отвечая.

– Лизл, когда для высокого мнения о себе необходимо унизить кого‑то, это ошибочное мнение. Настоящая самооценка рождается изнутри.

Лицо Лизл на мгновение окаменело, потом смягчилось.

– Вы правы, – всхлипнула она. – Вы всегда правы, да?

Билл обнял ее, покачал, словно плачущего ребенка. Бедная Лизл. Ее затащили в ад, и она сама этого не понимает. Но тот ад, в который она столкнула Эверетта Сандерса, еще хуже.

В следующий момент она выпрямилась.

– Вы поможете мне найти Эва?

– Да. Только сначала взгляну, не найдется ли что‑нибудь насчет Рафа.

– Времени нет.

– Это займет всего минуту. На вашем служебном компьютере есть модем?1

– Да. Факультет абонирует несколько баз данных. А зачем...

Он включил зажигание и рванул «импалу» с места.

– Просто пустите меня к своему компьютеру.

Билл подкатил к зданию математического факультета и остановился прямо у входа. Лизл провела его в свой кабинет. Пока она налаживала для него терминал, он отключил телефон на столе и оглядывался, ища, куда бы его деть. Все прочие кабинеты на этаже были закрыты. Он держал телефон в потных руках и злился. На это у него нету времени. Открыл окно и швырнул его вниз. Послушал, как аппарат грохнулся с третьего этажа и полетел по траве; отвернулся и обнаружил, что Лизл внимательно смотрит на него.

– Уилл? С вами все в порядке?

– Со мной уже много лет все не в порядке, – сказал он, кивнув на компьютер. – Можно подключаться?

– Все готово.

Он сел на ее место, ввел перфокарту с номером телефона информационной системы «Датанет», потом набрал свой личный код. Лизл наблюдала через его плечо, а он искал сообщение для Игнациуса. И всего через несколько секунд нашел.

"Игнациусу.

Пока мало что удалось разузнать о нужном человеке, но это, возможно, фальшивка. В компьютере Аризонского университета есть, а в ежегодниках нет. Отметки прекрасные, но не нашел никого, кто его помнит. Записывал имя и обнаружил, что это анаграмма Сары Лом.